Томминокеры

Пока на ее место никого не нашли и, видимо, не найдут до следующего городского собрания.

Это выбило Энн из колеи, но лишь на миг. Ее внимание привлекло нечто гораздо более занимательное.

– Мисс Андерсон? Беррингер, а как вы узнали, что я не замужем?

– Вы же сестра Бобби. И будь вы замужем, носили бы другую фамилию, ведь верно?

– Так, значит, вы знаете Бобби?

– Здесь все знают Бобби. Она – наша местная знаменитость. Мы ею страшно гордимся.

Холодным клинком эта фраза вонзилась в мозг Энн. «Местная знаменитость», вы подумайте.

– Молодчина, Шерлок, а я тут все телефоны оборвала, чтобы сообщить ей одну неприятную новость: вчера у нас умер отец, завтра его хоронят.

Она приготовилась услышать принятые в таких случаях слова соболезнования – в конце концов, этот безликий чиновник в какой-то мере не чужой для Бобби, – но их не последовало.

– На линии проблемы со связью, – бросил Беррингер.

Такая отчужденность, честно сказать, обескураживала. Впрочем, еще никому не удавалось выбить Энн из колеи. Да, разговор принимал незапланированный оборот, собеседник отвечал на вопросы странно, был сух и немногословен – для янки, во всяком случае.

Она попыталась представить себе этого человека – и не смогла. Было в его голосе нечто странное, что не укладывалось в общую картину.

– А может, вы проследите, чтобы она перезвонила? Матушка волнуется, все глаза выплакала. Бедняжка и так чуть жива, а если еще и Роберта не поспеет к похоронам, боюсь, это ее окончательно подкосит.

– Помилуйте, мисс Андерсон. Что я могу сделать? Роберта – взрослый, самостоятельный человек. А информацию вашу я обязательно передам.

– Можно я вам телефончик оставлю? – сквозь зубы процедила Энн.

 – Мы, конечно, не переехали, но она звонит нечасто, наверняка уж и номер подзабыла. Диктую…

– Мне это без надобности, – отрезал Беррингер. – Если у нее нет номера – забыла или не записала, то в любом случае остается справочная, правда? Ведь вы именно так нас отыскали?..

Энн не любила телефоны за то, что они отчасти скрадывали ее неумолимую суть. Сейчас же она ненавидела их как никогда.

– Слушайте! – заорала она. – До вас, кажется, не доходит, с кем вы…

– Я все прекрасно понял, – ответил Беррингер. Не прошло и трех минут с начала разговора, а Энн перебивают уже вторично.

 – Мне перед обедом как раз нужно пройтись, вот и передам ей весточку. Спасибо за звонок, мисс Андерсон.

Договорить она не успела, потому что дальше он совершил то, что она ненавидела больше всего на свете.

Повесив трубку, Энн представила, как здорово было бы, если бы этого задрота сожрали живьем дикие собаки динго.

В исступлении она скрежетала зубами.

В тот день Бобби не позвонила. Не позвонила она и вечером, когда поминки, подобно «Фау-2», уносились в алкосферу.