Угрюмый герой

На территорию Гребе мы ворвались без всяких хвостов, тут же начав прокладывать маршрут к точке перехвата Нимродели. Время поджимало.

Однако, был еще один момент, требующий срочного внимания, а именно — здоровье агента и киды. Если Тариус хоть как-то притерпелся, будучи мужиком битым и тёртым, то кида в результате нашего лихого кавалерийского штурма получила полный разрыв барабанных перепонок. Это, плюс серьезно ударившая по её разуму учиненная нами резня серьезно подорвали здоровье Лайтен, физическое и психическое. Пробыв пару дней в лихорадке, белокурая эльфийка очнулась, но большую часть времени проводила по-прежнему лишь глядя пустым взглядом перед собой.

Она была в адеквате, понимала, что происходит, даже могла отвечать на вопросы, что мы писали ей на клочках бумаги, но при первой же возможности ныряла вглубь себя, переставая подавать признаки жизни.

Затем была одна быстрая операция в приморском городке Гребе. Пока Тарраскер, взяв с собой Стеллу, устраивал нам нелегальную заправку с навесом совершенно несуразного опасного количества дополнительных ёмкостей топлива на Солнышко, я мотался по городу с куда худшей целью, надеясь похитить человека.

Ну, в данном случае орка. В этом грязном деле меня ждал полнейший провал — квалифицированного врача в Гребе найти было уже невозможно. Таких незаурядных и чрезвычайно полезных личностей местные высокородные, отплывающие с континента, увозили с собой в первую очередь.

Но кое-что всё-таки получилось. Завернув на обратном пути в большую пустующую аптеку, я наткнулся там на старушку, выполняющую роль то ли охранника, то ли ночного продавца.

Подслеповатая бабуля, купившись на мой малый рост и приятную внешность, открыла зарешеченную дверь, позвав на чай. За коротким разговором выяснилось, что бабусю бросили здесь благодарные потомки, а сама она едва ли не полсотни лет помогала своему мужу, бывшему когда-то хозяином заведения. И уж в таких травмах как контузия и разрыв барабанных перепонок что-то да понимала. Отблагодарил я её за помощь и науку щедро, всей наличкой, что таскал с собой, но вот радовать дальше обществом вынужден был отказаться. Время поджимало.

Полёт продолжился, теперь уже над океаном. Теперь Тариус был переведен временно в лежачие больные, Лайтен просто сидела с забинтованными ушами, а я выполнял обязанности врача-стюарда, таская им прописанные доброй бабушкой настои и меняя компрессы. Стелла, побесившись в абстрактной ругани еще где-то сутки после взлета, вела теперь себя тихо как мышь, поэтому я, получивший в итоге передышку, решил первым делом её посвятить инвентаризации и размышлениям.

С базы я вышел мало что не голый.