Острые углы (СИ)

Его губы — потому что нравилось с ним целоваться, шею — потому что нравилось, как пахнет его кожа и какая она на вкус.

Этот акт нежности и благодарности за доставленное удовольствие снова перерос в безумный секс. Снова они не дошли до спальни. Она осталась сверху. Он позволил ей взять инициативу в свои руки, безвольно теряя разум в выбранном ею ритме. До сладостной развязки.

Опять им понадобилось немало времени, чтобы прийти в себя.

— Теперь ползем в душ, — сказала Лера, поднимаясь.

— В какую сторону?

— Прямо по курсу. А потом в кухню. Там продолжим.

Они помылись и, замотавшись в полотенца, пошли в кухню. Она располагалась в нише, в одном пространстве с гостиной, отделяясь от нее диваном.

Полевой устроился за барным островком. Лера вытащила торт из холодильника.

— Что пьем? Текилы нет, есть виски. — Выставила на стол бутылку и бокалы.

— Может, просто кофе?

— Нет, не может. Я прилично подшофе, а ты весь из себя трезвый. Так не пойдет. Давай догоняй.

Лёшка рассмеялся и подвинул к себе бокалы, чтоб разлить спиртное.

Сварив еще и кофе, Лера придвинула стул и полезла за чем-то в самый верхний шкаф.

— Блин, не здесь, что ли…

— Лер, ты сейчас свалишься.

Он поднялся и придержал ее за талию, чтобы не дать ей ненароком упасть."

"— Не мешай, всё под контролем. — Она поправила на себе полотенце и снова полезла в шкаф. — Нашла. Сейчас у нас тоже романтика будет, чем мы хуже дуриков?

Подав ему пару толстых свечей, Лерка ненадолго ушла в спальню. Вернувшись, бросила на стол пачку презервативов.

— Полевой, будь хорошим мальчиком, не слушай пьяную Леру. Баловством на животик мы больше заниматься не будем.

— Как скажешь. — Он притянул ее к себе и прижался губами к ключице. — Мне нравится ход твоих мыслей.

— Еще бы, — она погладила его голову, уже не лысую, с коротким ежиком. — Мы и так с тобой конкретно накосячили. Давай, чтоб оно хотя бы того стоило…

***— Лера! — рев брата вырвал ее из глубокого сна.

Лера только-только отправила Полевого и, надев пижаму, забралась в постель, собираясь как следует выспаться, ибо с Лёшкой за всю ночь они не сомкнули глаз.

Зажмурившись от приступа головной боли, она раздраженно укрылась одеялом.

— Лера! — опять заорал он уже у ее комнаты.

Хоть вламываться не стал. И на том спасибо.

— Чего?

Матвей, услышав, что она откликнулась, распахнул дверь.

— Хренасе, ты выстёгиваешь!

— Отстань.

Леру не заботило, что, войдя в квартиру, Матюша обнаружит последствия ее бурной ночки: бутылки из-под алкоголя и стаканы, грязные кофейные чашки, тарелки с остатками торта и упаковки из-под презервативов. Не до уборки было.

Хотелось одного — спать.

— Ты была с кем-то? Вы что…

— Нет, не трахались. Что ты. Как можно. Брамса всю ночь слушали.