Волонтеры вечности

 — Я как раз собрался попросить Мохи порекомендовать мне что-нибудь… подемократичнее!

— А я буду пить камру! — сообщил я.

— Перед едой? Побойтесь Темных Магистров, Макс! — строго сказал хозяин.

Он был близок к тому, чтобы погрозить мне пальцем.

— Вот именно, перед едой! — подтвердил я. — И после еды тоже. И скажите спасибо, что я не буду заниматься этим безобразием во время еды. Только ради вас, Мохи!

— Спасибо! — сварливо откликнулся трактирщик.

Он мог бурчать сколько душе угодно: я уже заметил, как весело поблескивают из-за очков его светлые глаза.

Господин Мохи Фаа обладал воистину убойным обаянием. Ясно, почему Джуффин в свое время дал ему эту знаменитую дюжину корон: перед таким дядей я бы и сам не устоял!

Мохи вернулся через несколько минут, поставил передо мной крошечную жаровню, водрузил на нее кружку с камрой, укоризненно покачал головой, но от комментариев воздержался. Киме Блимму досталась маленькая темная бутылка.

— Вино из Ирраши, — сердито сообщил ему Мохи. — В отличие от камры, вино у них там неплохое, как и сласти… Вы сказали, что с меня причитается, Кофа? Можете отпить глоток вина из бокала Кимы, в этом случае выпивка обойдется ему на одну горсть дешевле, я прослежу за расчетом… А больше вам все равно не нужно, вы ведь на службе, да?

— Запомни этот день, мальчик! — Внушительно сказал мне сэр Кофа Йох.

 — Завяжи узелок на память, а еще лучше — запиши. Вот сейчас я действительно попался. Даже не знаю, что на это ответить. Остается только развести руками!

Еду мы получили еще через полчаса.

Мое безымянное «блюдо из туланской кухни» оказалось чем-то вроде ароматного плова. Мои сотрапезники сочувственно качали головами, но я остался доволен.

— Нравится? — Озабоченно спросил Кофа. — Все равно мои кушши лучше!

— Не ваши, а куманские… Успеется еще. Я и правда собираюсь стать завсегдатаем этого местечка. Я сюда еще и Джуффина затащу, попомните мое слово!

— Думаешь, у тебя получится?

— Вы забываете: теперь я получил доступ к ужасающим тайнам Лойсо Пондохвы, — я скорчил страшную рожу.

 — Во всяком случае, его единственное дитя уже корчится в моих лапах. Не так часто, как хотелось бы, но все же корчится, и это только начало… Скоро мое могущество станет безграничным, и я смогу выбирать: стать властелином Мира или убедить сэра Джуффина Халли разок-другой поужинать в его собственной «Дюжине». Сами понимаете, что я предпочту второе.

— Ну, разве что, таким образом… Кима, заткните, пожалуйста, уши: здесь плетется самый страшный заговор Эпохи Кодекса.