Волонтеры вечности

Вам как представителю Ордена Семилистника лучше ничего об этом не знать! А то ведь вспомните о долге, настучите Магистру Нуфлину, такого хорошего мальчика придется сажать в Холоми… Ужас!

— Кофа, а вы знаете этого господина? — Отсмеявшись, спросил сэр Кима Блимм.

— Какого? Того, в очках? Нет, не знаю. Что-то хитрецу Мохи сегодня везет на новых клиентов!

— Очки точно такие же, как у Мохи! — удивился я, посмотрев на незнакомца в темно-красном лоохи, на мой вкус, слишком теплом, чтобы надевать его летом.

— Ха! Нашел чему удивляться! — фыркнул Кофа.

 — Точно такие же, как у Мохи и у всех прочих жителей Ехо, которые носят очки. У нас ведь всего один мастер их делает.

— Ну да, этого вполне достаточно. Не так уж много людей хотят носить очки. Существует добрая дюжина способов улучшить зрение на время или даже навсегда. Но некоторым эксцентричным модникам кажется, что очки их украшают, так что кое-кто их все-таки носит… — объяснил сэр Кофа.

— А вот у Нули Карифа совсем другие очки! — вспомнил я. — Круглые.

— Разумеется, он же начальник Таможенного Сыска.

Снял, наверное, с какого-нибудь близорукого контрабандиста, после того как бедняга потерял сознание на шестом часу дружеской беседы с нашим неугомонным Нули… Ну что, выполняй свою угрозу насчет камры после еды, и будем выползать из этой норы. Мне, между прочим, еще и работать надо.

— Экий вы непоследовательный! — вздохнул я. — То вам отдыхать приспичило, то вдруг работать надо… Слишком сложно для моего примитивного интеллекта!

— А я вынужден попрощаться уже сейчас, — зевнул сэр Кима Блимм.

 — Честно говоря, просто очень хочу спать… Передавайте привет моей племяннице, господа. Уговаривать ее бесполезно, сам знаю, просто скажите, что я по ней соскучился, ладно?

— Конечно, — кивнул я. — Если хотите, могу попробовать сказать еще что-нибудь. Иногда у меня это получается: разговорный жанр — мое единственное по-настоящему сильное место!

— Да, я заметил, — улыбнулся сэр Кима Блимм. — Будет здорово, если у вас получится…

Кончилось тем, что Кима действительно откланялся, а вот мы с сэром Кофой просидели за своим столиком еще час: суровый Мохи пробурчал, что мы не имеем никакого права уйти, не попробовав некий необыкновенный ташерский десерт.

А у нас не было сил сопротивляться. На прощание хозяин «Джуффиновой дюжины» наградил меня особенно строгим взглядом.

— Вам здесь понравилось, Макс? — сердито спросил он.

— Тогда приходите еще! — буркнул Мохи, открывая перед нами тяжеленную дверь. Это выглядело так, словно нас выгоняли на улицу.