Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь

Солдаты из тюремного гарнизона, предположим, посещают распивочную этой гостиницы в свободное от дежурства время – потому как она к тюрьме ближе, а выпивка там стоит на пенни дешевле.

Тут он снова подбросил монету, повернул ладонь вверх, поймал монету и зажал между двумя пальцами.

Я наблюдала за его манипуляциями, начиная смутно догадываться, к чему он клонит.

– Надо полагать, что солдаты не прочь поиграть в карты? – задала я вопрос.

– Как знать, барышня, как знать! – отвечал он, опять подбрасывая монету.

Он поймал ее в сложенные вместе ладони, раскрыл их – монеты не было.

Белозубая улыбка сверкнула в черной бороде.

– Но мы можем пойти и проверить это, – сказал он, прищелкнул пальцами, и монета появилась снова.

На следующий день, примерно в начале второго часа, я вновь прошла под остриями опускной решетки в ворота тюрьмы; решетка эта, сооруженная вместе со зданием в конце шестнадцатого столетия, не утратила своего охранительного и устрашающего значения за двести лет, и я для храбрости потрогала кинжал у себя в кармане.

Сэр Флэтчер как раз в это время погружался в послеобеденный сон – такую информацию Руперт и его помощники выудили у солдат-охранников во время своего вчерашнего набега на распивочную в гостинице.

Возвратились они уже под утро – с красными глазами, пошатываясь и распространяя вокруг себя пары эля. На все мои расспросы Руперт отвечал одной фразой: «Барышня, чтобы выиграть, нужна удача, а чтобы проиграть, необходимо искусство!» Потом он прикорнул в уголке и захрапел, предоставив мне мерить комнату шагами, что я, впрочем, делала и до этого в течение всей ночи. Проснулся Руперт примерно через час – с ясными глазами и трезвой головой – и тут же изложил основные черты плана, который я должна была воплотить в действительность.

Мурта под видом моего грума приехал к тюрьме на четверть часа раньше меня и был пропущен без затруднений. Предполагалось, что его отведут в приемную коменданта и попросят подождать. Находясь там, он должен был попытаться найти план западного крыла и, если повезет, связку ключей, отмыкающих камеры.

Я беспокойно поглядывала на небо, стараясь определить поточнее время. Во время еды сэра Флэтчера точно так же нельзя было беспокоить, как и во время сна; Мурту при всех обстоятельствах попросили бы подождать, но, если я явлюсь до того, как комендант усядется за стол, меня могли бы пригласить разделить с ним трапезу, а это в высшей степени некстати.

Впрочем, вчерашние партнеры Руперта по картам заверили его, что сэр Флэтчер никогда не нарушает свой распорядок: гонг к обеду раздается ровно в час, а через пять минут подают суп.

На страже у ворот находился тот же караульный, что и накануне. Он удивился, но приветствовал меня вполне любезно.

– Такая досада, – заговорила я.