Двойной эскорт. Экзамен для героев

Но это не стало проблемой, Джиму приходилось спать в куда более стесненных условиях, а тут, на своем матрасе, на подушке и под стеганым одеялом, он снова мог почувствовать себя ребенком. Если бы не пистолет на стуле рядом с кроватью.

По молчаливому согласию с матерью свет в комнате не включался, хватало того, что попадал через открытую дверь.

– Ну как тебе на старом месте, сынок?

– Хорошо, мама. Сядь рядом, мне всегда нравилось, когда ты садилась вот так и что-то рассказывала на ночь.

– Нет, не всегда, до десяти лет ты любил сказки, а потом стал выпроваживать меня, говоря, что сказки рассказывают только маленьким детям, а ты уже большой.

Они помолчали, погруженные в воспоминания.

– Мама, кто я? – неожиданно спросил Джим.

– Что значит «кто», Джимми? Ты мой сын.

Мать замолчала, она не знала, с чего начать.

– И я, и Тони, мы другие, понимаешь? Раньше это отличие от других людей было малозаметным и все можно было списать на разные способности, привычки, уровень обучения. Но сейчас объяснений больше нет, ни я, ни Тони не знаем ответы на очень многие вопросы.

– Мне… Мне никогда и в голову не приходило, что все это серьезно, Джимми.

Мать нервно комкала в руках платок.

– Ну, это случилось давно, когда я еще носила тебя под сердцем, а мать Тони была беременна им. Врачи рекомендовали нам прогулки, вот мы и ходили к терриконам, там и воздух почище, а вдоль ручья стояли скамейки. Однажды мы зашли особенно далеко, до самой разработки с бетонными постройками. Постояли пару минут и повернулись, чтобы идти назад, и тут чуть не натолкнулись на пожилого, лет пятидесяти, мужчину. Как он подошел к нам, мы не слышали, но не испугались – выглядел он очень доброжелательным, сказал, что он врач и много работал с беременными.

Мы, конечно, тут же засыпали его вопросами, у каждой накопилась их целая куча, ведь мы ждали первенцев. Он проводил нас до скамейки у пруда и предложил присесть. Мы согласились, требовалось отдохнуть, да и беседа располагала к этому…

Мать замолчала, должно быть припоминая подробности. Джим ждал, не выказывая нетерпения.

– Потом был провал в памяти, я очнулась оттого, что ты шевельнулся и застучал ножкой, и тут я увидела, что этот мужчина сидит между мной и матерью Тони. У него были закрыты глаза и очень сосредоточенное, напряженное лицо, он держал руки на наших животах, а вокруг нас стояли еще несколько человек.

Они молча смотрели на него, как будто помогали ему.

– Кто были эти люди?

– Не знаю, сынок. Я попросила его убрать руку, он открыл глаза, улыбнулся мне и сказал, что у нас будут замечательные мальчики. А ведь я тогда еще не делала диагностику пола ребенка, мать Тони уже делала и знала, что будет мальчик. Позже на приеме у врача все подтвердилось – мне сказали, что у меня будет сын.