Город Ящерров: Венилакриме

Поднялся с постели.

— Хорошшо, — сказал, двигаясь к двери. — Мы поедем к Переправе. Назови дату.

Я зажмурилась. И поняла, что не могу произнести ни звука. Я увидела себя со стороны — растрёпанная девушка, постоянно сглатывающая, с расфокусированным взглядом. Девушка, наверное, понимала больше, чем я.

— Хорошшо… думай, — и вышел, оставляя меня одну.

Я ещё долго сидела в одной и той же позе, удивляясь самой себе. Я не могла, не могла назвать дату! Сделать это — означало принять смерть Руанна не как абстрактное будущее, а как скорую реальность.

Остатки КМВ успешно выветрились. Руки больше не дрожали, но в мыслях по-прежнему царил бардак. Я обдумывала идею отправиться на Переправу через две недели, после возвращения Руанна с поездки. Какая разница — неделей раньше, неделей позже.

Я зарылась лицом в подушки и завыла. Неделя-две? На что ты надеешься?!

Руанн уехал на целый день. Вернулся вечером. Я услышала звук подъезжающей машины и, повинуясь вбитой в голову привычке, выбежала его встречать.

Снега уже давно не было, но весна по-прежнему удивляла ненормально низкой температурой. Я вдохнула вечерний запах. Сумерки медленно сползли на распускающийся сад, на подъездные дорожки. В воздухе витал аромат свежести — настоящей, лесной. Ещё бы, вокруг столько деревьев!

Я остановилась на ступенях, в который раз сравнивая себя с собакой. Жду, жду, желая вылизать тапочки хозяина. А вот и он, мой повелитель, — дверь открывается.

Улыбка появилась… и так же быстро растаяла. Руанн вышел из машины не один, вслед за ним — молодой мужчина лет двадцати пяти: земной, высокий и смазливый. Видимо, нахальный, хоть и пытался это скрыть в присутствии Руанна.

— Проходите, Шштило, — скомандовал Руанн, вальяжно направляясь к дому. Паренёк, заставляя себя не пялиться по сторонам, последовал за судьёй.

Оба приблизились ко мне. Приветливый свет из дома причудливо разрисовал мою кожу: на одной щеке я чувствовала тепло от жарких ламп, на другой — уличный холод.

Мне стало стыдно — за отсутствие красивой одежды, за неуложенные волосы, простенькую обувь.

— Шштило, познакомься с моей привлечённой, Венилакриме. Венилакриме, это Шшштило Лукачев, он, — Руанн бросил на меня испытующий взгляд, — главный работорговец Гнезда, недавно взошшшёл на пост после смерти отца.

Тот, кого назвали Штило, вежливо кивнул.

— Это честь для меня…

Руанн задумчиво воззрился на гостя. Улыбнулся и лишь тогда посмотрел на меня. Наверное, моё лицо побелело. А может, всё дело в нервно сгибаемых-разгибаемых пальцах…

Я знала, кто он. Все знали, чем занимается семья Лукачевых, в особенности — отец семейства.

— Проходи в дом, Венилакриме, — пристально всматриваясь мне в лицо, приказал Руанн.

Это был самый настоящий приказ. Первый. От него — мне.