Город Ящерров: Венилакриме

Не было времени на размышления, всё потом. Я развернулась и, не глядя на двух мужчин позади, пошла в дом.

Знакомый холл. Знакомое лицо Возницы… но всё другое. Сын главного работорговца Гнезда — в моём доме.

— Возница, — Руанн обратился к женщине, стоявшей на почтительном расстоянии, — накрой для нас стол во второй каминной. На троих…

— Руанн, я не думаю… — я попыталась протестовать.

— Ты останешься, Лин… — резко оборвал Руанн. — Ты останешься! — и взгляд. Пристальный, утвердительный взгляд.

Я сцепила зубы. Во мне наконец-то проснулась другая Венилакриме. Та, что, будучи командиром отряда, подобно коршуну, внимательно следила за подготовкой всех операций, прогнозировала возможные исходы и возвращалась домой с победой. Та самая, которой хватило смелости взять судью Руанна в плен. То было плохое решение, кто ж спорит, но всё равно оно было смелым.

Эта Венилакриме скалила зубы в ответ на приказы. Ей не нравилось чувство беспомощности. И она скалилась ещё сильнее… потому что была беспомощна.

Руанн положил руки мне на талию и настойчиво подтолкнул к каминной.

— Мы ненадолго, решшим некоторые вопросы — и Шштило уедет, — шептал Руанн мне на ухо, но так громко, чтобы идущий рядом гость расслышал.

Со стороны всё выглядело не так уж плохо, но это только со стороны… Я всегда осознавала свои возможности, понимала, что мне с Руанном позволено, а что — нет. И отдавала себе отчёт: если прямо сейчас попытаюсь настоять на своём и уйду — не отпустит.

Мы зашли в каминную. Руанн отодвинул для меня стул. Я села рядом с Руанном, Штило — с противоположной стороны.

Поглядывая на меня, гость время от времени исподтишка улыбался. Это было не что иное, как попустительство со стороны Руанна — если бы он сразу указал паршивцу на его место, тот бы себе такой улыбки не позволил.

К тому же я прекрасно знала его отца. Заочно, но слава Лукачева-старшего прочно засела в головах таких, как я. Нас им пугали.

Что Штило, что его отец были обыкновенными людьми. Они находили для имеющих деньги ящерров особые заказы — землян. Иногда предлагали работу так называемым «свободным». Но чаще вылавливали среди диких жителей станций. Такие ценятся выше — их нужно укрощать. Они не безропотны, они огрызаются на оскорбления и грозятся отомстить за причинённую боль.

Мы Лукачевых ненавидели, и Руанн это знал. Я сама рассказала ему об этом в момент ночного покоя, давно-давно, не зная ещё, что они знакомы, и не подозревая, что он приведёт младшего из подонков в дом.

Началась трапеза. Застучали вилки и зазвенели бокалы. Горячее вино согрело пересохшее горло. Я старалась не смотреть на Руанна.

— Хорошшшо… — сказал судья, наблюдая, как слуга наполняет сосуд красным вином. Штило сразу же отложил вилку в сторону и тоже схватился за бокал.