Лебединая песня. Любовь покоится в крови

Я вернулась домой, надеясь, что мама и папа ничего не заметят, но они заметили и стали расспрашивать меня. Конечно, поняли, что я от них что-то скрываю. На следующее утро — то есть вчера утром, — они позвонили мисс Пэрри, и та меня вызвала и тоже принялась расспрашивать. В конце концов она решила, будто меня изнасиловали, и тогда я испугалась, что она скажет об этом маме и папе, а они ей поверят.

Брэнда перевела дух, вытерла кстати навернувшуюся слезу и стряхнула пепел на тарелку.

— Я знала, что должна пойти в полицию и плевать на то, что будет, но… Он сказал, у него есть друзья и они до меня доберутся. Конечно, я догадывалась, что он скорее всего соврал, но все-таки это могло быть правдой, а полиция не сможет охранять меня всю жизнь, поэтому… — Она помолчала. — Нет, я не верила в истории про месть — «Долина страха» и тому подобное, — но, наверное, подобное иногда случается.

— Мы вас прекрасно понимаем, мисс Бойс, — сочувственно вставил Стэгг. — Вам было бы лучше обратиться в полицию, но я не уверен, что на вашем месте у меня хватило бы духу это сделать.

Брэнду это немного успокоило.

— Как раз об этом я думала, возвращаясь вчера днем из школы. Об этом и еще кое о чем. Рано или поздно пойдет слух, будто я что-то скрываю, и если он об этом узнает, то подумает, что я проболтаюсь, — а так действительно могло случиться, — поэтому он наверняка захочет что-либо предпринять. Я пожалела, что у меня нет велосипеда, на дороге там довольно пусто, а мой сломался. Я позвонила на переменке маме и попросила встретить меня на машине, но у нее были гости, и в результате я пошла пешком. Самым жутким участком, конечно, был Мелтон-Чарт — нигде ни души, — и я едва успела пройти его наполовину, как он выскочил из леса — я имею в виду, Сомерс, — и сбежал ко мне по насыпи. В руке у него был револьвер. Я подумала: ну, вот и конец. Но не собиралась сдаваться без борьбы. У меня в кармане лежал перочинный нож, и я надеялась, что кто-нибудь вспомнит про ту давнюю игру.

— Игру? — удивился Стэгг. Они ему объяснили. — Угу, — пробормотал он. — Понятно. Продолжайте, мисс.

— Он сказал: «Ни звука и без фокусов. Сейчас мы немного прогуляемся».

Фен сомневался, что Сомерс выражался именно таким образом, но, вероятно, Брэнда передавала только общий смысл.

— Но я все-таки рискнула. Нагнулась и сделала надрез, чтобы получился кровавый след, — сгоряча даже глубже, чем хотела, — а он подумал, будто я подтягиваю чулок, и не обратил внимания. Это заняло всего секунду. Ну, а потом я разыграла небольшую сцену: испуг, слезы и все такое, — чтобы немного задержаться на дороге и дать крови вытечь на землю. Вниз я не смотрела, но когда он потащил меня в чащу, я надеялась, что мне все удалось.