Люди крепче стен

Длинные красные языки лизали стены, подбирались к кровле, оставляя на щербатой, побитой пулями поверхности черные закопченные следы. Беспорядочная стрельба усиливалась. Рядом с лицом, обдав кожу жаром, пролетел ворох пуль. Немцы стреляли наугад, но дымовая завеса надежно укрывала его от вражеского взгляда. Приподнявшись, Николай увидел три нечетких размазанных силуэта, сливающиеся с местностью. Здание продолжало разгораться, длинные языки пламени, выбираясь из плена дымовой завесы, рвались кверху, освещая клубы дыма.

— Сейчас я вам устрою баню! — Сержант направил пистолет на приближающиеся силуэты.

Послышалось лишь шипение сдавленного воздуха — резервуар для огнесмеси был пустым. Сержант скинул с плеча автомат и полоснул короткой очередью по надвигающимся силуэтам. Увидел, что попал, — немец, шедший немного впереди, запнувшись, упал, — и мгновенно юркнул за угол. Вовремя! В стену, в то место, где он стоял какое-то мгновение назад, выбивая каменную крошку, злобно зацокали пули. Здание усиленно разгоралось. Внутри трещало дерево, ломались перекрытия, падали плиты. Пора возвращаться.

Задание выполнено.

Ветер усиливался, разрывал дым в клочья, образовывая дыры, через которые на расстоянии четырехсот метров тускло просматривались позиции первого штурмового батальона. Инженерные подразделения успели восстановить мост, неширокий, но крепко сколоченный, он дожидался наступающих, однако тяжелые пулеметы четырехугольного редута, укрепленные на уровне второго этажа, не позволяли подняться. Сержант Савельев увидел, как несколько смельчаков, пытавшихся пробраться к мосту, тотчас были растерзаны длинными очередями крупнокалиберного пулемета.

Редут, расположенный в выгодной точке, вел оборону вкруговую: контролировал вал, мост и подходы к нему. Боеприпасов немцы не жалели, стреляли по всем направлениям. Ров перед редутом по-прежнему оставался непреодолимой преградой. Его каменное дно простреливалось через боковые стенки рва, выложенные гранитными глыбами. Края рва обстреливались через амбразуры редутов.

Небольшой отряд Велесова, закрепившийся у моста, спрятанный от немецкого обзора дымовой завесой, продолжал сражаться. Каким-то чудом им удалось сохранить три орудия с боеприпасами, и сейчас, выбирая на стенах цели, они крепко огрызались, вырывая куски гранита из крепостных построек.

Сержант Савельев прополз совсем немного, каких-то метров сто, когда вдруг натолкнулся на рядового Строева: укрывшись за бронированный лафет покореженной дивизионной немецкой пушки, тот перевязывал раненую ногу.

— Так ты здесь? — удивился Николай. — А мы тебя уже похоронили. Когда ты ушел, так там такая стрельба поднялась!

— Поднялась, — невесело согласился Строев.