Лукоморские царства

Вы меня поймали, конечно! Но, вас-то вроде Черномор не поймал! Или всё-таки чем-то обязал, хитрец такой?

— Да как ты смеешь! Сказано тебе молчать! — в этот раз Наина стиснула лапу и Катерина чуть не вскрикнула, потому что воздух внезапно закончился, а под ребра уткнулся острый коготь. Впрочем, Наина задумалась, и лапу немного ослабила.

Катерина не осмелилась ещё что-то говорить, надеясь, что или её найдут Волк и Жаруся, или Наина всё-таки передумает, и к Черномору не полетит, и это даст ей некоторую передышку.

Наконец, старуха заговорила сама:

— А с другой стороны, почему это я должна делиться такой добычей! Отнесу-ка я тебя к себе, в пещеры, а там посмотрим! — она резко повернула в воздухе и полетела в другую сторону. Катерина с трудом сдержала облегченный вздох.

Черная змеица с металлической чешуей была почти неуязвима, но внезапный удар Волка, возникшего справа и несшегося со страшной скоростью, заставил её разжать когти и выпустить сверток с Катериной. Катя, летящая вниз, плотно закатанная в толстое золотое полотно, да ещё и перевязанная веревкой, завизжала от ужаса, и тут же была поймана в воздухе Жарусей. Взмах крыльев, и они уже далеко от места воздушного сражения. Волк, выросший до гигантских размеров, ухитрился перехватить Наину поперек туловища, и мотал её со всей силы. Но и та, пользуясь когтями, зубами и острым концом хвоста, его прилично поранила.

— Жаруся, опусти меня и помоги Волку! — крикнула Катерина.

Жар-Птица, стремительно снизилась на небольшую чистую полянку, всплеснула крыльями, и полотно, обвивавшее Катю, вместе с веревкой, вспыхнуло и рассыпалось раскаленными золотыми каплями на землю. Катерина только почувствовала мгновенно налетевший жар, как будто слишком близко подошла к костру.

— Так, побудь здесь, я скоро! — Жаруся мгновенно взлетела, лениво взмахнув крыльями, и уже через секунду сверху раздался пронзительный визг Наины.

Они вернулись быстро. Волк весь в крови, с разорванным ухом, и несколькими глубокими ранами на плечах и на боках, и сияющая грозным пламенем Жаруся.

— Если бы не Катя, я бы её просто сожгла бы! Но не охота ребенка одного оставлять! И так она испугалась, наверное! И ты ещё так подставился! Нет бы её сразу за шею! А то весь поранился! Вот Катерине тебя теперь живой водой-то обливать! Катюша, ты что плачешь? Волк жив, а Наина к тебе теперь и близко не подойдет, у неё половина чешуи сплавилась, ей теперь не до тебя. Перепугалась?

Катерина, засунула ладони под мышки, так и стояла. Очень боялась, что Волк или Жаруся случайно коснутся её рук, или она сама, забывшись, потянется к сумке, воды достать, и Волка полечить, например.