Меченый

– Я забыла насчет «и только».

– Чарли расскажет тебе, что он знает о сестре?

– Тогда мне нужно быть с тобой. Я уже говорила, что слишком долго ждала правды.

– Вы что, не могли от нее избавиться, Джоуи?

– Пробовал. Так же успешно, как ты.

– А почему мы в такси? Я просил отца передать, чтобы вы взяли другую машину.

– Я так и сделал. Я взял машину у моего друга Хуки.

– Но это же все равно такси.

– Но не мое. Итак, куда мы едем?

– Скорее всего в морг. Все пропало. Это полный бардак. За вами следили?

– У меня ястребиные глаза. Мы «чистые».

– Пока «чистые». Моника, мы никак не сможем избавиться от тебя?

– Нет, – ответила та.

– Вот дерьмо. Ладно, мне нужно позвонить. Джоуи, поезжайте на север до Двести девяносто пятой Восточной улицы, потом сверните к мемориальному мосту через Делавэр. Нам нужно попасть в Нью-Джерси.

Мы ехали на восток. «Если все идет по плану, – подумал я, – Скинк уведет Фреда и Луи через Балтимор к Вашингтону. Для столицы вряд ли имеет значение – двумя бандитами больше или двумя меньше. Пусть их выберут в сенат или сделают лидерами партии – может быть, тогда страна чего-нибудь добьется».

– Будет быстрее, если поедем по автостраде, – сказал Джоуи.

– Не надо, подойдет и эта дорога, – сказал я.

Нам действительно подходила двухполосная бетонка, петлявшая между городишками и фермерскими полями, пугавшая маленькие рынки, где продавали помидоры и лук. Мы ехали медленно и время от времени теснились к обочине, пропуская машины. Было похоже, что нас никто не преследует.

– Не видел Чарли лет пятнадцать-двадцать, – сказал Джоуи. – Он для меня больше память, чем реальность, легкая струйка воспоминаний. Уж и не знаю, обнять его или дать в морду.

– И того и другого понемножку, – предложил я. – Я разговаривал о вас с прокурорами, Джоуи.

– И что эти милые люди ответили?

– Они согласились на сделку. Они освободят вас от ответственности, если расскажете все, что знаете об ограблении.

– Только об ограблении?

– Ну да, я так и знал, что она в этом замешана. Что значит «освобождение от ответственности»?

– Они не будут предъявлять обвинения.

– А вдруг, все рассказав, я окажусь недостойным освобождения от ответственности?

– Есть много других способов искупить вину.

– Да ну. Какие, преподобный?

Я на секунду задумался.

– Тридцать лет назад вы пытались изменить жизнь к лучшему с помощью преступления. У вас получилось не слишком хорошо. Может быть, на этот раз вам удастся изменить ее, честно признав, кто вы и что вы. Может быть, вы искупите вину, став лучше, потому что поняли правду.

– Я лучше помолчу и отсижу.

– Вам решать. Вы лучше меня знаете, каково сидеть за решеткой.

– Ты договорился за меня о сделке?

– Чем я могу отплатить?

– Вы платите, ведя машину. Остановитесь здесь.