Мёртвое озеро

Сегодня он одет в темный костюм, а синий галстук повязан так неаккуратно, что я задумываюсь: может быть, он просто завязал обычный узел и решил, что сойдет и так? Детектив выглядит усталым и рассерженным, в руке у него сложенный вчетверо лист бумаги с официальной печатью в верхней части. Он говорит:

– Я разочарован, мисс Проктор. Я думал, что между нами состоялась вполне разумная беседа. Но вы собирались удрать от меня, и, должен вам сказать, выглядит это не очень хорошо. Совсем нехорошо.

Я чувствую, как вокруг меня смыкается ловушка. Не медвежий капкан, а шелковые нити, сплетенные в прочнейшую сеть.

Я могу кричать, я могу яриться, но я больше не могу убежать от этого.

Я улыбаюсь Хавьеру, хотя мне совсем этого не хочется, и говорю:

Он не улыбается в ответ. Он смотрит на меня пристально и настороженно. Я вспоминаю о том, что все они в курсе: у меня есть разрешение на скрытое ношение оружия. Они знают, что я опасна. Я гадаю, не сидят ли где-нибудь в темноте снайперы.

Подумав о детях, я поднимаю руки вверх.

– Я безоружна. Можете обыскать меня, пожалуйста.

Престер проводит обыск, безлично проводя по моему телу ладонями, и я вспоминаю, как это впервые случилось с Джиной Ройял, как она стояла, склонившись над раскаленным капотом семейного минивэна.

Бедная, глупая Джина думала, что это унизительно… Что бы она понимала!

– Чисто, – кивает Престер. – Хорошо, давайте сделаем все по-доброму и без осложнений, идет?

– Я поеду с вами без возражений, если вы сначала позволите мне поговорить с детьми.

– Ладно. Хавьер, пройдите с ней в дом.

Тот кивает, достает из кармана черную бляшку и пристегивает ее к поясу. На ней поблескивает обведенная золотом звезда помощника шерифа.

Теперь он официально при исполнении.

Я вхожу в дом и обнаруживаю, что Ланни и Коннор сидят, напряженно глядя на дверь. Увидев меня, она слегка расслабляются, но когда следом входит Хавьер и становится на страже у дверей, напряжение возвращается.

– Мама, всё в порядке? – Голос Ланни слегка дрожит.

Я опускаюсь на диван и обнимаю их обоих, привлекая к себе. Поцеловав их, говорю так мягко, как только могу:

– Сейчас мне нужно поехать с детективом Престером. Всё в порядке. Хавьер останется здесь, с вами, пока я не вернусь.

Я поднимаю на него взгляд, он кивает и отводит взгляд. Ланни не плачет, но Коннор молча утирает слезы обеими руками, и я вижу, что мальчик злится на самого себя. Никто из них не произносит ни слова.

– Я очень люблю вас обоих, – говорю я и встаю. – Пожалуйста, присмотрите друг за другом до моего возвращения.

– Если ты вернешься, – почти шепотом отзывается Ланни. Я притворяюсь, будто не слышу этого, потому что если я сейчас посмотрю на нее, то не выдержу и меня придется силой отрывать от детей.