Отдана чудовищу

Его хочет? Но она, блядь, моя! Черта с два он ее получит!

Сестра держит его на голодном пайке, а я наслышан про оргии, что он устраивал до встречи с Бьюлой. Не всегда девушек было двое, было и больше. И этот утырок вывозил. Они ещё пощады просили. Я даже восхищался им, до сегодняшнего дня.

От одной мысли, что моя Олеся будет так же стонать под ним, сносит крышу, а перед глазами красная пелена. Я впиваюсь в ее губы, мечтая развернуть её спиной поиметь прямо в кабинете отца. Я уже близко. Стоит только коснуться нежных складочек, и она не сможет отказать.

Стону ей в рот, я измучился от постоянной эрекции. Это, вообще-то, больно. Она отвечает. Страстно, яростно кусает меня, заводит ещё больше. Она совсем не скромная девочка, или это я сделал ее такой. Но стоит схватиться за резинку штанов, как Олеся всё прерывает и отталкивает меня.

— Что за хрень? Иди сюда моя маленькая, — урчу как мартовский кот. Самому тошно. Я готов ее умолять. Я! На которого девки прыгали, стоило только помнить пальцем.

— Нет, Глеб, — она отбегает от меня. Её фиолетовые глаза полны похоти, но она говорит мне нет?

— Я тебя хочу! Ты моя жена! Ты не в праве отказывать!

— И что ты сделаешь? Пойдешь папочке нажалуешься? Вперёд! — она машет рукой и заходит за стол. Думает спасётся от меня? Я иду за ней. Мы кружим вокруг стола, я — готовый броситься на нее прямо здесь, и она — отказываясь мне уступать.

— Тебе будет хорошо. Дай покажу как? Помнишь нашу брачную ночь, как ты стонала и кончала на моем члене. Как кричала от наслаждения. В этот раз будет ещё лучше, мне не придется сдерживаться и беречь тебя. Боли больше не будет, только наслаждение.

Я вижу как она часто дышит, могу различить торчащие соски. Это издевательство какое-то! Я поправляю член, который больно упирается в ремень брюк.

— У тебя только один секс на уме! Ты мой муж, но я тебя абсолютно не знаю. У нас не было свиданий, да и как они могли быть, если ты меня избегаешь? Как выйти со мной в люди, так нет, ты стыдишься. А вот трахнуть меня на столе отца это всегда пожалуйста, — ну и на хрена это сказала? У меня это стало идеей фикс.

— Можно ещё другое попробовать, ты узко мыслишь, — например, я на кресле, Олеся передо мной на колени и я учу её как делать минет… Эта мысль откидывает меня в воспоминания про то, что сделала сука Оксана.

Это считается изменой? Я как бы, думал это жена мне виртуозно отсасывает. Я же не виноват.

Если Олеся узнает, она не поймет. Я вообще, жертва насилия! Надо мной поглумились!

Это даже звучит как бред. Нет, моей жене об этом знать не стоит. Она тогда меня не подпустит к себе и на пушечный выстрел. Было и было. Я не кисельная барышня, вены резать из-за этого, точно, не буду. А эта шлюха ещё у меня получит.

Мысли об Маше остужают мой пыл, член виновато виснет.