Прокурор с Эльтона

Им-то она уж точно наслаждалась, такую реакцию тела не подделать. Но если у неё никого нет, почему тогда она меня оттолкнула? Шварх, если где-нибудь водятся специалисты по женской логике, то я готов продать пентхаус на Ионе, чтобы мне расшифровали поведение Лиз!

Невольно вспомнилась жалоба одного из коллег-адвокатов, который имел неосторожность жениться на эльтонийке. Они были супругами всего две недели, и Дамиен сказал, что это были самые ужасные две недели в его жизни. Новая жена закатывала скандалы каждую свободную минуту и требовала, чтобы он осел на Эльтоне и занялся хозяйством.

При этом до женитьбы её полностью устраивал его род деятельности. Терпение Дамиена оказалось небольшим, с грустью он подал заявление на развод. Его жена фыркнула, заявила, что он совершает самую большую ошибку, а после дозвонилась до его секретаря и на год вперёд забронировала приёмы каждый вторник и пятницу в полдень. В последний раз Дамиен признался, что ещё никогда не имел такого умопомрачительного секса на работе и ему нравится быть разведённым.

И все же… Алесса-Элиза никогда не была классической эльтонийкой.

Во всём, что она делала, прослеживалась логика. Тогда почему, нестабильная сингулярность, она меня оттолкнула на Хёклу?!

— Говорит капитан Марк Танеко, корабль малого класса «Орёл», лицензия ХК/2446750. Запрашиваю разрешение на стыковку. Прошу выделить причал для посадки, — внезапно вклинился в мои размышления голос пилота.

Я распахнул веки и понял, что пока думал, Марк не только перехватил управление на себя, но и успешно довёз нас до главной станции Космофлота.

— Станция KС-700 на связи. Ваш посадочный причал «Р6», капитан Танеко!

— Спасибо.

Парковать буду вручную, у меня гм-м-м… повреждена бортовая система. Пожалуйста, подержите шлюз открытым на максимальную апертуру, — отозвался пилот.

— Прошу доложить, какие именно повреждения корабля, — голос оператора прозвучал неожиданно напряженно. — Есть ли угроза взрыва или воспламенения? Требуется ли вызвать бригаду медботов? Есть ли угроза здоровью членов экипажа?

Марк скривился и беззвучно выругался. Он не мог признать, что повреждение несущественно, так как это напрягло бы октопотроидов в случае, если «Сонары Росси» полностью не отключили.

Но и ставить на уши Космофлот, рассказывая небылицы, ему тоже не хотелось.

— Нет, медботы не нужны. Всё в порядке.

Я усмехнулся. По стандартному протоколу Танеко должен был ответить: «Угрозы для членов экипажа нет». Но тогда бы он дал понять, что на «Орле» есть кто-то, помимо него. «Я в порядке, экипажа нет», — было бы прямым враньём, которое вскрылось бы почти сразу при швартовке. В итоге он отошёл от правил, но оператор этого не заметил.