Самец причесанный

Я шмыгнул носом и остался стоять. Я же слизняк, дамы! Вы че? Я робею. У вас вон ножики есть. Острые! Вдруг надумали чего?

Саруки рявкнула, две сармы выскочили из-за щитов и подбежали ко мне. Ухватив под локти, потащили к вождю. Щит отбирать не стали – вот и славно. Не то пришлось бы гаркнуть: «Отвянь, гнида!», и тем самым выйти из образа. Из образа нам выходить нельзя, а щит отдавать – и подавно…

Мои конвоиры, похоже, опасались стрел в спины, поэтому волокли меня быстро. Пара секунд – и меня втолкнули в просвет между щитами, которые тут же сомкнулись. «Вот я и в „Хопре“!» – как говорил один лох в рекламе финансовой пирамиды. Я был маленьким, когда этот ролик крутили по телевизору. Тетка, поверив, отнесла в «Хопер» деньги, а потом долго плевалась и проклинала жуликов. Стоп! Что-то я не о том…

Меня подвели к стоявшим у забора вождям. Несколько мгновений мы разглядывали друг друга. Так… Тетка с жирной харей напротив меня – наверняка Саруки. Рожа красная, наверняка проблемы с давлением. Инсульт не за горами. Что-то я снова не о том. Смерть от инсульта вождю не грозит, она умрет раньше… Справа от тетки и по левую руку от меня – молодуха с рябым лицом. Гадом буду, та самая доченька, кандидатка в Мады – уж больно смахивает на мамочку. «Гены не раздавишь!» – как говорила одна медсестра, родившая сына от негра. Муж после этого супругу бросил – загорелых в его роду не прослеживалось… По другую сторону от Саруки – две димидии. Надо понимать – вожди Синей и Белой орд, силовая поддержка. Тоже мордатые и краснорожие – пьют много. И жрут… На всех дамочках красуются богатые панцири, позолоченные шлемы, на поясах болтаются мечи и кинжалы. А вот бармиц под шлемами нету, хотя могли бы прицепить. Это вы неосторожно…

Первой не выдержала рябая дочь.

– Какой хорошенький, мади! Я хочу его!

– Не здесь! – хмыкнула Саруки. – Все станут смотреть, а нам нужно покончить с Дандаки. – Она глянула на меня: – Зачем на тебе доспех, муш? И щит?

– Могли поранить! – шмыгнул я носом. – У вас оружие!

– Тебя не тронут! – успокоила Саруки. – Мы не обижаем мушей. Мы их любим!

Она оскалилась. Дочь и вожди засмеялись.

– Ты брал дочку Дандаки? – спросила Саруки.

– Нет, госпожа! Меня заставляли, но я не смог – слишком испугался. Они меня били…

– Мы накажем их! – пообещала Саруки. – Забросаем дом горшками с горючим маслом! Мы их всю ночь готовили. Они там сгорят – все! Я не собираюсь терять воинов, чтоб тащить из ракушек слизняков.

Так вот, значит, каков твой козырь! Нечто подобное предполагала Дандаки, а я, признаться, не поверил. Воображение рисовало картину: сармы подтащат таран, примутся бить в ворота, а защитники – швырять в них камни и стрелять из луков. Так показывают в голливудских фильмах, а в них – чистая правда.