Сердце Аксара, или Измена по-королевски

Или воспоминания Софии об этом мире так удобно сплетались с моим сознанием, что вся эта здешняя экзотика вроде духов, зеркал, призраков, проклятий и магии уже не удивляла меня до глубины души. Ощущение, что все мне уже знакомо — и домишки в селениях, и утварь в них, и даже одежда.

Прав эгуи Баргис — этот мир вписывает меня в себя. Еще немного, и я окончательно срастусь с этим телом. Плохо ли это?

Когда показался городок, который я так спешно покинула, я выдохнула: пока своими глазами не увидела, что его не разнесли, до конца не верила, что все обошлось. По всему был видно, что королевская процессия уже здесь — улицы были заполонены стражами, а у замка смотрителя красовались изысканные кареты (если можно кареты называть изысканными).

Народ оживился, стражи забегали.

У меня ломило поясницу, задница одеревенела, а ноги сводило от напряжения, но я приняла величественный вид и выпрямилась. Вообще держать осанку вошло у меня в привычку. Это в своем мире я ходила, загребая ногами, пряча руки в карманах и опустив голову, да еще и сутулилась, чтобы казаться менее крупной, а сейчас, в эльфийском изящном теле, мне можно было расправлять плечи и гордо нести себя.

Стражи, охраняющие вход в замок, впустили нас без возражений. Уэнделл помог мне слезть с лошади, и, прежде чем убрал от меня руки, шепнул:

— Вы отменно держались на лошади, Соня.

Ну что за человек! Наедине он меня «Вашеством» зовет, а при толпе подозрительных лиц — по имени! Однако комплимент мне польстил, и в замок я вошла, не волнуясь.

Меня сразу окружила звенящая и пестрая толпа придворных; кто-то кланялся, кто-то эмоционально радовался, что я жива-здорова; приближенный Рейна сразу начал о чем-то докладывать; капитан стражи Рейна увел в сторону Фэда; супруга мэра-смотрителя кинулась целовать мне руки и благодарить за спасение города.

Мол, Ее Величество взяла на себя смелость увести стаю и рискнуть своей жизнью, дабы духи не разгромили город. Пока она говорила, я раздумывала над важным вопросом: как дать понять всем этим прилипчивым людям, что мне срочно нужно в туалет?

Спасло меня появление кого-то из свиты Рейна. Меня попросили немедленно подняться к королю (интересно, почему он сам не спустился?). Я поднялась по лестнице, чувствуя боль после первой верховой «прогулки» практически каждой косточкой тела, зашла в покои, приготовленные для короля, и первым делом юркнула в закуток.

Когда вопрос с физиологическими нуждами был решен, я вышла к Рейну.

В покоях мы остались одни (король всех «лишних» выгнал, как только я вошла).

Мой супруг возлежал на широком ложе. Кожа цветом напоминает снег, под глазами темные круги, губы бескровные. Очевидно, что с ним стряслось что-то дурное.

Я подошла к королю и присела на краешек ложа.

— Побит и истощен, — ответил он.