Сердце Аксара, или Измена по-королевски

У Фэда стал такой вид, будто он не может поверить, что я отстранилась. Впрочем, эта растерянность быстро сменилась уверенностью. Он поменял положение, встал с кровати, развернул плечи и изрек:

— Раз так, почту долгом вернуть вас туда, где вы будете счастливы — в ваш родной мир.

— Вот как вернете, так о любви и поговорим, — сказала я.

— Будьте уверены — поговорим.

Уэнделл развернулся и вышел.

Признание Фэда меня не настолько удивило, чтобы я всю ночь промучилась в раздумьях. Как только страж ушел, я улеглась поудобнее и почти сразу заснула. Спала я долго, крепко, но меня мучили тревожные сновидения. В этих сновидениях присутствовал Рейн, несчастный; Дедрик, тоже несчастный; Криспин… несчастный. Я видела и смутные образы других Корбинианов, умерших — короля Кристиана, принца Альберта, и живых — например, упомянутую не раз Шарлотту. Все они были несчастны; приглядевшись, я увидела, что их соединяют некие нити и нити эти, впиваясь в Корбинианов, тянут из них жизненные силы… Я и сама ощутила укол, и увидела ниточку чар, соединяющую меня с этим династическим семейством. В ужасе попыталась оторвать эту нить, но у меня ничего не вышло — она то скользила в руках, то обжигала так, что невозможно было ее касаться. Еще одна ниточка вонзилась куда-то в мои плечи, и я, вскрикнув во сне, проснулась.

Дедрик смотрел на меня.

Я кивнула и, тяжело дыша, подняла руку, чтобы откинуть с лица прядь волос. Рука дрожала.

— Нити, которые пили из вас жизнь. Из тебя, из твоих братьев… Из меня тоже.

— Жертвы чар часто видят подобные сны. Они знают, что ими управляют, и видят ниточки, но не видят, кто дергает за эти ниточки.

— Значит, и я жертва чар?

— В этом теле, с короной на голове, ты часть династии. Оттого чары действуют и на тебя.

— И я только об этом узнаю! — я поднялась, села на кровати, сердито глянула на Дедрика. — Что еще мне следует знать о Корбинианах? Вы все прокляты самым ужасным способом? Вас все ненавидят? Аксар будет уничтожен?

— Успокойся. Клубок чар распутать можно, узнав, кто эти чары плетет.

— Клариссу-Викторию я во сне не видела. Это она наслала чары?

— Она имела к этим чарам самое прямое отношение, но у нее нет способностей, чтобы подобное устроить. Только Орден Смотрителей выпускает эгуи, которые способны работать с чарами.

— Значит, некий смотритель напустил на вас чары по приказу королевы. Давно ты знаешь об этом?

— Каждый из нас видел подобные сны. Нас убеждали, что чары на нас напускают враги, которых у Аксара всегда хватало. Никому из нас и в голову не пришло, что чары «заказаны» нашей собственной матерью.

— Но ты догадался. Потому она прокляла тебя.

— Не я один догадывался.

— Альберт тоже? Она и его убила?

— Думаю, да. У меня нет прямых доказательств, но косвенных имеется более чем достаточно.