Снежный пепел

Вот и остался без дочери. А глядя на тебя я, я мечтаю, что ты и есть моя малышка. Ты даже похожа чем-то на мою Риту.

— Мне очень жаль… — шепчу, зная, что Гринь никогда не говорит о своей семье и тем более о мечтах. Я вывела его на откровения двумя словами всего лишь, тем, что отказалась от помощи.

— Если жаль, то давай номер карты, я скину нужную сумму. Отдашь, когда сможешь. А если не сможешь, то и ладно. Я немолод, и если что случится, то с собой взять не смогу все равно, эти бумажки. Тебе нужнее.

Гринь уходит снова к столу, на котором лежит старик. Он будто сравнивает себя с ним, хотя еще не так стар.

— Вот этот дед сможет забрать с собой накопления, квартиру, машину? Ведь у него по-любому есть и деньги, и жилье. И пес есть, Ромео, золотистый спаниель… и его с собой не заберет.

Я удивленно смотрю на Гриня, откуда он знает, что есть у этого человека? ладно про деньги и квартиру догадаться не сложно, но собака…

— Это твой знакомый? — спрашиваю не просто из любопытства, вдруг друга поддержать нужно.

— Нет. Просто нашел сначала шерсть собачью на его одежде, а потом вот, — протягивает мне фотографию рыжего песика, такого милого, что у меня глаза щиплет от слез. Он теперь где-то один, раз хозяин его здесь.

— Может, родственники песика заберут? — предполагаю, уже решив отыскать его.

— Даже деда никто не заберет. Приезжал его поверенный, рассказал, что старик сам нанял ритуальную службу, оплатил и похороны, и место на кладбище. Нет у него родных. Только этот пес. Там на другой стороне посмотри.

Я переворачиваю фотографию, и вижу надпись: «Это мой пес Ромео. Если со мной случилось что-то, значит он остался один в квартире. Не сочтите за труд, позвоните по этому номеру и сообщите об этом абоненту. С огромной благодарностью, Устименко Борис Юрьевич.»

— Слушай, надо позвонить же… — вскакиваю с подоконника, волнуясь уже всерьез. — Ведь дедушку привезли вечером, значит Ромео сутки скоро, как один.

— Я позвонил. Говорю же, приходил поверенный уже. Его можешь не готовить к похоронам особо, некому на него смотреть. Завтра в полдень ритуальная служба приедет за ним.

Вечером Гринь уезжает домой, обещая договориться о новой работе для меня, с одним из своих многочисленных друзей. Мне очень нужна работа, необходима. Хоть бы у него получилось.

Я закрываюсь изнутри, выпроводив двух санитаров за территорию морга, они дежурят в своей каморке. Мне совсем не страшно одной, стелю себе на кушетке в ординаторской. Здесь уютно, везде кусты в горшках, телевизор на стене, можно спать, или смотреть фильмы до посинения. Имеется небольшой холодильник и чайник с микроволновкой, в которой я разогреваю свой ужин.

Ночью почти не привозят «постояльцев», редко. Сплю спокойно до утра.