Ссыльные лекари

Ещё и Рий прикусывал подол моей юбки, словно пытаясь удержать в доме, и сильно нервничал, когда спускалась в подпол за продуктами или подходила к одной из дверей, ведущих на улицу. Однако стоило мне оказаться подальше от каждой из «трёх точек волкособьей нервозности», как он успокаивался и даже позволял себе подремать около очага. Можно, конечно, предположить, что Ланс поручил ему не выпускать меня из дома, но сколько это должно было продолжаться? Всё равно рано или поздно придётся покинуть эти стены, чтобы прийти на помощь или запастись продуктами, которые почему-то не имеют свойства расти в корзинках, банках и на крюках.

Досадное недоразумение, согласна, но, увы, исправить подобное не способна даже магия. Сохранить от порчи – да, но не более. Все эти тонкости мне разъяснял Ланс, рассказывая о Зерейре и способностях магически одарённых.

Ни на третий день, ни на четвёртый демон так и не объявился. На душе было тоскливо настолько, что хоть волком вой. Не радовала даже начавшаяся активность коконов, устроивших такие дикие «танцы» на своих крючках, что впору было начать опасаться опрокидывания банок, хотя те были выполнены из толстого стекла и весьма тяжелы по весу.

Зато потихоньку к двери приёмной начали стекаться деревенские, предъявляя загноившиеся раны. В принципе, ничего удивительного, вполне предсказуемо. Держа в поле зрения на всякий случай кочергу и толкушку так, чтобы в любой момент можно было схватить одну из них, я обрабатывала запущенные повреждённые места, не забывая повторять незыблемые правила ухода в таких случаях.

Деревенские клялись выполнять все указания, оставляли плату в виде продуктов или монет, а затем исчезали, чтобы спустя несколько часов снова явиться и, пряча глаза, просить обработать снова, ибо самим им было боязно. Как дети малые, вот больше сравнить даже не с кем. Вначале натворят дел, нашкодят так, что волосы дыбом встают, а потом виниться приходят.

Угу, Сортон, отсутствовавший во время последней попытки расправы надо мной, сам приволок старуху Лорту и заставил извиняться.

Причём следом его помощники завели Менсу, повалившуюся мне в ноги и рассказавшую, что была не в курсе того, как староста, сытый по горло выходками сыновей, запер на несколько дней обоих в подполе. Вот только не учёл, что отпрыски основательно опустошат припасы, в результате чего оба получили продление срока наказания с передислокацией в сенник. Сам Сортон уезжал в Эрвен, а потому в то утро не участвовал в нападках на нас и узнал обо всём по возвращении.