Ссыльные лекари

Насчёт обвинений Ланса, то всё оказалось ещё банальнее: некоторые вдовушки и незамужние девушки положили глаз на моего жениха и надеялись, что, избавившись от меня, смогут «отмолить красавчика-лекаря», чтобы устроить потом смотрины среди самых ярых его поклонниц. Идиотки.

Я слушала все эти признания, а сама хотела плюнуть в их сторону и уйти куда подальше, чтобы не видеть и не слышать никого из них. И так было паршиво больше некуда, так ещё и эти масла в огонь моей раздражительности подливали своей дуростью. Примерное количество пострадавших от брошенного Лансом факела, а потом и углей, я запомнила, каждого из них подлечила, а потому на пятый день заперла приёмную, решив устроить выходной, и ушла к своим банкам, наблюдать за вылуплением бабочек.

Лорнассцы вылезали один за другим, потихоньку расправляли свои крылышки и пересаживались из банок на плющеватик, которым была густо покрыта одна из стен над столом. Вот там им было очень удобно зацепиться и висеть. Монструозный кокон пока не подавал никаких признаков желания выпустить свою обитательницу на волю, поэтому прикинув сроки, немного успокоилась, но на шестой день меня ждал сюрприз.

Я почти полночи не спала, наблюдая за тем, как начинают потихоньку раскрываются один за другим златовенчики. Лорнассцы, естественно, спали в это время на плющеватике и никак не реагировали ни на моё присутствие, ни на свечение растений в темноте. А вот днём нужно будет проконтролировать, чтобы поели. Тут два варианта развития событий: либо посадить на златовенчики, либо подкормить с помощью нарезанного апельсина, который потом убирается, чтобы переориентировать бабочек на естественный вид корма. Естественно, утром чувствовала себя разбитой настолько, что хотелось забиться под одеяло, притянув к себе Рия и проспать пару суток.

Но пришлось соскребать себя с кровати, тащить буквально за шкирку умываться, а потом топать к горшкам и бабочкам, чтобы проверить, как обстоят у них дела. Пара лорнассцев не понимала, зачем их посадили на оранжевый кружок, поэтому пришлось аккуратно расправлять им хоботки, прямо как некоторым новорожденным детям специально приходится выдавливать молозиво на язык, чтобы сообразили в чём суть.

Провозившись с бабочками некоторое время, ушла на кухню завтракать, так как есть хотелось настолько, что в голове начало шуметь, а желудок настойчиво напоминал о себе всё чаще и чаще.

Рий с удовольствием обгладывал говяжью кость с остатками мяса, пока я следила, чтобы каша не убежала из ковша. Честно говоря, состояние было такое, что кусок в горло не лез, но поесть было необходимо, дабы организм окончательно не взбунтовался. С приготовлением обеда проблем не возникало, так как супа хватит теперь надолго, а вот завтрак и ужин...