Святой Грааль

Олег ухватил за локоть, сказал мирно:

— Кто судит по одежке… Вот мой спутник из страны англов, это бывшие Оловянные острова, тоже решил было, что такие оборванцы не побьют зверюк!

Старейшина сказал все еще раздраженно:

— Оловянные острова?.. А, Страна, Рудых Волков?.. Куда Тавр увел староверов?.. Конечно, откуда им там знать старые пути. А ты, конечно же, не сказал?

— Других дел под завязку, — ответил Олег.

Подошел, волоча распухшие ноги, сгорбленный старик с грязно-серой бородой, заткнутой за веревочный пояс. На шее звякала толстая железная цепь.

Каждое звено было в кулак, конец волочился по земле, прочерчивая широкую полосу. Обжегшийся на невинной с виду клюке, Томас всмотрелся внимательнее, вдруг ощутил, что в каждое звено вбито железа больше, чем в его тяжелый боевой доспех.

— Остановимся, пообедаем? — поинтересовался старик с надеждой в голосе.

Старик с бородой лопатой зло огрызнулся:

— Опять?.. Ты же вчера ел! Мог бы до завтрашнего ужина погодить. Укрощать надо зверя в человеке, ломать хребет!

Томас бросал украдкой взгляды по сторонам.

Калики сидели рядами на спинах убитых зверей, печальные и нахохленные, как голодные вороны под дождем. Один ходил между чудовищами, тыкал посохом в пасти, рассматривал зубы. На нем хмуро поблескивал пояс — широкий, плотный, со странными письменами, вырезанными в металле.

Старейшина проследил за взглядом блистающего доспехами рыцаря, в острых глазах что-то мелькнуло:

— Впрочем, малость отдохнуть можно. Только не поддавайтесь соблазнам, не поддавайтесь! Слуги Чернобога подстерегают!.. А с заходом солнышка снова побредем, меньше жары и мух.

Костер разожгли далеко от дороги, трупы зверей сволокли в огромную яму и забросали сверху землей, камнями и бревнами. Правда, сперва разделали пару зверей — кто ножом, кто руками, — и Томас отвернулся, не в силах видеть ужасающие внутренности, совсем не похожие на внутренности оленя, кабана или даже медведя.

Старейшина калик сам проследил, чтобы печень выдрали у самых крупных зверей, и вскоре над зеленой долиной потекли странные ароматы. Томас сидел смиренно, где посадил Олег, ноздри жадно ловили запах свежеподжаренной печени, но глаза испуганно шарахались от дальней дороги, видимой отсюда как извилистая светлая лента, что вдруг пошла темными пятнами, в одном месте совсем оборвалась, а затем восстановилась с великим трудом, выползая из пятен крови.

Издали двигалась повозка в сопровождении всадников, что подумают наткнувшись на залитую странной кровью дорогу, где вмятины и борозды указывают на страшное сражение?.. Впрочем, легкий ветерок уже поднял тучу серой пыли, засыпет.