Святой Грааль

В трех шагах на высоком резном стуле, похожем на трон, сидел краснобородый человек в богатой одежде. Глаза на одутловатом лице были жестокие, холодные. Возле него застыли, выпучив глаза, два коренастых стража с боевыми топорами. Еще двое стражей нетерпеливо топтались возле калики, железные острия угрожающе касались его ребер. Низколобый надсмотрщик и трое охотников держались возле колонн.

Томас шевельнул руками — железные цепи держали цепко. Калика стоял с отведенными назад плечами, пытаясь облегчить боль в скрученных за спиной руках.

— Если не приходит в себя, — донесся новый голос, властный и нетерпеливый, — то бросьте псам!.

. А ты ответствуй, почему он в железе, а ты нет?

Двое стражей ухватили Томаса за руки, потащили через зал. Уже вблизи ступеней солнце вынырнуло из-за края свода, брызнуло ему в глаза. Томас зажмурился, наощупь перехватил стражей за руки, дернул на себя. Оба с воплями повалились, Томас с наслаждением сдавил им шеи, тяжело поднялся на ноги. Стражи остались в нелепых позах, головы их вывернулись странно.

Двое с топорами опомнились, бросились к нему. Солнце заблистало на поднятых вскинутых топорах, Человек на резном троне крикнул:

Стража остановилась, глаза их настороженно следили за каждым движением Томаса.

Он бросил взгляд на калику, тот не двигался, знаком велел застыть и Томасу. Томас повернулся к хозяину:

— Почему ты держишь нас?

Человек сошел с трона, остановился в трех шагах перед рыцарем. Темные глаза смотрели с непониманием, как смотрел бы волк на зайца, вздумавшего вцепиться ему в лапу своими крупными зубами.

— Томас Мальтон из Гисленда, — отрезал Томас с достоинством. — Благородный рыцарь, семь колен высокородных предков! Победитель Черного Рыцаря на турнире в Манчестере, первый из крестоносцев поднялся на башню Давида.

Моя сотня ворвалась в Иерусалим.

Человек отмахнулся, словно отогнал назойливую муху:

— О таких не слышал. Башня Давида — это где? Иерусалим — это что?.. Здесь другие земли, благородный пленник. Я человек из Сезуана, меня знают как Тишайшего Рокамболя. Я захватил вас в своих владениях. Волен сделать то, что возжелаю. Я, кстати, так и сделаю. Но сперва готов выслушать ваши оправдания.

— Мы не собираемся оправдываться, — проговорил Томас зло.

Рокамболь чуть повернул голову, крикнул через плечо:

— Гнусак! Готовь пыточную камеру. Огонь разведи как следует, а то при таком, как сейчас горит однажды семь шатров цыган вымерзли… Клещи проверь, чем зубы и прочее драть будешь?.. Испанские сапоги не забудь!

Низколобый поклонился, бегом понесся через двор. Рокамболь повернулся к Томасу, губы хищно изогнулись, глаза выпучились, как у редкой морской рыбины:

— Ты все скажешь, доблестный рыцарь!.. Не первый, кого вынесут из моего подвала по частям.