Убийство городов

Наставления комбата сопровождались отдаленными глухими ударами, словно падали пустые железные бочки. Звук перекатывался, медленно угасал в толще города.

Рябинин вдруг подумал, что комбат в своей пиратской косынке, с лихой кобурой изложил сейчас краткое содержание его будущей книги. В этой книге будет множество глав, красочных описаний, смерти и подвиги. Но все они будут очерчены этой строгой канвой, ограничены изложенным замыслом. Комбат сам, не зная того, подарил ему сюжет будущей книги.

– Через пару часов выдвигаемся. Суть операции. Вы слышите, как укры долбят по городу? Снаряды ложатся вслепую, где в школу, где в клинику.

Их батареи расположены в районе аэропорта. Аэропорт штурмует батальон «Восток». У них и силы, и средства. У нас для штурма аэропорта пока не хватает сил. Разведгруппа доложила, что одна самоходная гаубица, «Акация», стоит в стороне, в лесопосадках, со слабым охранением. Задача – подавить гаубицу. Взорвать ее, к черту, а лучше захватить. У батальона «Марс» нет тяжелого вооружения, только минометы. Будем собирать бронегруппу. Брать трофейные бэтээры и танки. Будем копить артиллерию. Эта самоходка – первая. Для вас это боевое крещение. Самим никуда не соваться, только со мной. Задача понятна?

– Так точно. – Калмык нервно топорщил колючие усики. В петлице его камуфляжа уже красовался черно-золотой георгиевский бант.

– Теперь о главном. – Козерог переждал, пока очередной отдаленный удар не погаснет в каменной толще. – Вы не наемники, не «солдаты удачи». Вы добровольцы, и вместо денег будете получать патроны и кашу с тушенкой. А если ранят, то повязку и тампон в медсанбате.

А если убьют, то вечную славу героя, воевавшего в добровольческом батальоне «Марс». Славу погибшего за Новороссию, за совесть, за свободу, по которой истосковались люди земли. Они, люди земли, забыли, что такое – свобода. Будь то Европа, или Америка, или Африка, или Россия. Они еще только мечтают о свободе, а мы уже свободны. Мы самые свободные люди земли самого свободного в мире батальона «Марс». Понятно я говорю?

– Почему назвали «Марс»? – спросил Бритый, почесывая синюю осетинскую щетину.

– Козерог, как вы стали комбатом? – Рябинин испытывал к этому худому, с провалившимися щеками командиру острый интерес.

В комбате что-то трепетало, дрожало, что-то огненное, палящее, что жгло окружающий мир и сжигало его самого. Козерог был тем, кто поведет их в смертный бой и станет героем его будущей книги. – Кем вы были до этого?

Столько наивного, искреннего было в этом вопросе, что Козерог остановил на Рябинине свои трепещущие глаза и, казалось, что-то сбросил с себя. И эту пиратскую косынку, и пятнистую форму.