Улыбка 45-го калибра

Хотя, ничего удивительного – сейчас народ зарабатывает где и как может.

– Пойдете в лабораторию к Туманову Оресту Львовичу, – принялась объяснять кадровичка, – второй этаж, комната 29…

Она не успела закончить фразу. В комнату влетела с неподобающей для ее солидного возраста прытью женщина.

– Анна Константиновна, – заорала она так, что у меня заложило уши, – горе-то, горе-то какое! Господи, несчастье!

– Что случилось, Елена Глебовна? – испугалась кадровичка.

– Владимир Сергеевич погиб!

Из рук Анны Константиновны выпала ручка.

– Не городите чушь! Что за бред?

– Господи, – заломила руки Елена Глебовна, – только что Верочке сообщили! Вот горе, вот горе.

– Подождите в коридоре, – велела мне Анна Константиновна.

Я послушно села на обшарпанный стул и стала наблюдать за происходящим. Из всех комнат начали выходить люди. Понеслись охи, вздохи, некоторые женщины держали в руках носовые платки. Наконец вернулась Анна Константиновна, хмурая, с плотно сжатыми губами.

– Заходите, – обронила она.

Я проскользнула в дверь и тихо спросила:

– Может, мне лучше завтра прийти?

– Почему? – ответила вопросом на вопрос Анна Константиновна.

– Директор умер, – сухо ответила кадровичка.

– Очень жаль, – вежливо сказала я, – но он, наверное, был совсем пожилым.

– Отнюдь нет, – кратко отреагировала кадровичка, заполняя какие-то бумаги. – Только что пятидесятилетие справил.

– Надо же, – покачала я головой, – что же случилось?

Анна Константиновна хмуро посмотрела на меня, вытащила пачку сигарет и сообщила:

– Инфаркт. Восхождение на вершину Олимпа часто отнимает у мужчин здоровье. Ступайте, вас ждут в лаборатории, вот направление.

Я взяла бумажку, пошла к выходу и, закрывая дверь, оглянулась. Анна Константиновна, очевидно, не ожидала, что новая лаборантка обернется. На ее лице играла счастливая улыбка, а в глазах плескалось глубокое удовлетворение. Казалось, дама только что узнала не о смерти директора института, а о чем-то необычайно приятном, например, рождении внука или о повышении зарплаты. С таким лицом Зайка смотрит на весы, когда те показывают на два кило меньше, чем обычно. Поймав на себе мой взгляд, Анна Константиновна нахмурилась, но глаза ее продолжали сиять.

Я медленно пошла вверх по оббитым ступенькам. Интерьер института совсем не радовал глаз. Очевидно, данное исследовательское учреждение находится в этом месте с незапамятных времен. Здание казалось старым, если не сказать ветхим. В принципе, оно было когда-то красивым и удобным. Огромные окна, потолки высотой не менее четырех метров, дубовый паркет в коридоре, мраморные ступени на лестнице, а в нише лестничной клетки между первым и вторым этажом стояла белая статуя, стилизованная под античную.