Золотой эшелон

Но именно в этот момент, принимая шифровку из рук Зуброва, майор правительственной связи Федор Брусникин принял окончательное решение написать однажды книгу обо всем, что ему пришлось увидеть и услышать на своем веку. Он решил написать книгу любой ценой, даже если его за такую книгу расстреляют. Он решил, что прологом будет матерная шифровка Зуброва своему боссу. Так книга и начнется — нецензурным словом, именно так, как Зубров изволил начать послание своему начальнику.

Всю ночь не спал Брусникин. Метался по рубке связи, как настоящий писатель, которому идея не позволяет спать. Как жаль, что только он да Зубров знают о содержании. Как жаль, что не имеет права Федя Брусникин выйти перед батальоном и сказать: братцы, а ведь не зря люди болтают, что наш Зубров имеет сверхъестественную возможность оказывать влияние на человеческую психику! Даже на расстоянии! Кроет начальника матом — а начальник у него же и прощения просит! Эх, Феде бы Брусникину такую феноменальную способность! Ах, нельзя! Нельзя майору правительственной связи рассказывать окружающим о своих открытиях! Нельзя! И чем сильнее запрет, тем интереснее потом будет его книга, в которой выложит он все шифровки, уничтоженные немедленно после прочтения их адресатами, но удержанные навсегда Фединой памятью. Уж под утро решил Федя, что если еще раз принесет Зубров матерную шифровку на передачу, то уж он-то, Федя, носом крутить не будет, но примет ее без пререканий.

С этим Федор Брусникин и уснул. Он не знал и знать не мог, что однажды действительно напишет книгу и за нее не получит высшего приговора.

«Говорит Радио «Свобода». Передаем сообщения. Девица Груша предсказывает судьбу и предлагает средства от роковой любви за умеренное вознаграждение. Телефон 07-0482-2608-82, телефакс… чеки присылать по адресу… тех, кто не имеет твердой валюты, просят не беспокоиться…»

Федя Брусникин озадаченно захлопал глазами. Это было что-то новое в репертуаре станции «Свобода». В последние годы она стала малопопулярна. Ее передачи, даром что из Мюнхена, все больше смахивали на статьи из газеты «Правда». С той только разницей, что в них и селедку нельзя было завернуть. Оттуда взывали проявить терпение, не требовать слишком много, часто упоминали Горбачева и его успехи на Западе… Но — девица Груша?!

Тут только Федя заметил, что и частота для «Свободы» необычная. Он заподозрил подвох, но оторваться уже не мог. Прослушал романсы ансамбля «Ромэн», исполненные с большим чувством. Принял ко вниманию объявления о продаже в оптовых количествах синьки, перца и модных галстуков. И, только услышав, что за коней, не сданных на ночь в гараж, цыгане ответственности не несут, понял, в чем дело.