Спаси нас

Основное шоу начинается гораздо позже.

Я увидел, как владелец клуба Red Heaven идет мне навстречу с распростертыми объятиями. Его имя не подходит ни к его рослой, статной фигуре, ни к его сшитому по мерке костюму фирмы «Бофорт».

– Сначала Сирил, теперь ты. Чему я обязан такой честью?

– Бер, – приветствовал я старого знакомого, протянув руку. Его пожатие почти такое же крепкое и неуступчивое, как у моего отца. Я отвечаю на него, не моргнув глазом. – Мне нужен Сирил. Где он?

В глазах Бера появилась серьезность, хотя улыбка не сползла с его губ ни на миллиметр.

– Он в одной из задних комнат и ни в чем себе не отказывает.

Я сухо сглотнул. Это-то было понятно.

– Надеюсь, он в состоянии разговаривать.

Бер показал рукой, куда мне идти.

– Судя по твоей замогильной мине, он чего-то натворил.

Я не ответил Беру, устремив взгляд на тяжелую дверь, ведущую в VIP-зону."

"– Но ты помнишь, Джеймс, что я не терплю драк и разборок, – продолжил он мрачным голосом. – Если вам надо выяснить что-то между собой, то здесь неподходящее место для этого.

– Я не собираюсь ни с кем драться, – сказал я.

– Хорошо, – успокоился Бер, открывая мне дверь.

 – Он там в самом конце.

Я кивнул и двинулся по коридору. Без колебаний отвел в сторону занавес.

Сирил сидел на черном кожаном диване. Вид у него был расслабленный, голова запрокинута; он любовался танцовщицей, которая двигалась перед ним в такт музыке. Он смотрел, как она зарывается руками в волосы и вращает бедрами. Медленно приседает…

Я кашлянул.

Сирил даже голову не повернул в мою сторону, но я заметил, как он напрягся каждым мускулом своего тела.

– Линетта, – сказал он, не сводя с танцовщицы глаз. – Не могли бы мы сделать небольшой перерыв?

В его тоне невозможно было различить ни одной эмоции.

Линетта удивленно замерла, но потом кивнула, увидев меня. Она сошла с маленького танцевального помоста и, выходя, коротко мне улыбнулась.

Я медленно двинулся к дивану. Пододвинул к себе кожаный пуфик, чтобы сидеть напротив Сирила. Тот до сих пор так и не потрудился взглянуть на меня. Взгляд у него был мутный, как будто наряду с алкоголем он употреблял и нечто более тяжелое.

Я вспомнил вчерашние слова. Провокацию, которая звучала в голосе: Спроси его, Руби. Спроси его, кто сделал эти снимки.

И то, как он вернул мне телефон, глумливо поблагодарив за него. Мне стоило больших усилий тут же не броситься на него.

Я знаю Сирила. Он бы как раз хотел, чтобы я атаковал его. Но такую любезность я ему не окажу. Я не помогу ему вывалить свои боль и агрессию на меня. А то, что Сирил страдает, было совершенно очевидно. По крайней мере, если знать его всю жизнь, как знал я.

– Отец выгнал из дома Лидию, – начал я наконец.

Мои слова произвели ожидаемый эффект: Сирил вздрогнул и посмотрел на меня мутными глазами.