Яков. Воспоминания (СИ)

— Где в это время находятся арестанты?

— Полагаю, что арестанты в это время спят, — ответил Коробейников, все еще не понимая, куда я веду.

— Конечно, в постели! — пояснил я. — Он проснулся от скрежета ключей. Увидел входящего, привстал, и получил удар в правый висок.

И я продемонстрировал сидящему на месте Ферзя Коробейникову, как такое могло произойти. Он перехватил мою руку около своего лица и уставился на нее с выражением озарения:

— Левша! Убийца левша!

Я с некоторым удивлением посмотрел на свою руку. А он прав, кстати! Правой так не ударишь.

— Это доказывает, — радостно обобщил Антон Андреич, — что Вы и дежурный вне подозрений!

— Дежурного нужно будет еще проверить, — задумчиво сказал я.

В этот момент в камеру заглянул городовой:

— Яков Платонович, там Вас Анна Викторовна спрашивает.

Ох, как это сейчас не ко времени. Меньше всего я хотел бы, чтобы Анна Викторовна вмешалась в эту историю. Я бы не хотел, чтобы она вовсе о ней знала! Но деваться некуда. И мы с Коробейниковым прошли в кабинет.

Анна Викторовна, по своему обыкновению, была сильно взволнована. И против обыкновения, сильно напугана.

Оказывается, нынче ночью ее посетил призрак убиенного Ферзя. Интересно знать, как она вообще узнала о существовании этого шулера? Ну да слухами Затонск полнится. Призрак, по словам Анны Викторовны, играл в шахматы на карте города и всячески мне угрожал.

Я молча отошел к своему столу. Простите меня, Анна Викторовна, мне сегодня не до ваших призраков. И даже, боюсь, просто не до Вас.

Коробейников же, напротив, по обыкновению своему, проявил к сведениям из мира духов живейший интерес.

— Вот эти точки, — показывала ему Анна Викторовна на карте Затонска, — четыре угла доски.

И весь город расчерчен на шахматные клетки.

— И что? — спросил Антон Андреич. — Он сделал ход?

— Нет, не сделал, но сделает, — ответила Анна. — Ход за ним.

— То есть, я правильно понимаю, — уточнил Коробейников, — ходы должны указывать нам на определенные клетки плана?"

"— Именно! — взволнованно подтвердила Анна Викторовна.

— Но что значит эта игра? — взволновался уже и Антон Андреич. — Что Ферзь хотел нам сказать?

— Я не знаю, что он хотел сказать, — чуть ли не в отчаянии Анна опустилась на стул, — но твердил он все время: «Штольман, играй.

Игра не окончена!». И вот еще что, — добавила она, волнуясь. — Он сказал: «Куда пойду, там убью». Вероятно, он предлагает нам угадывать его следующий ход.

— То есть, — высказал идею Коробейников, — нам надо совместить план города с шахматной доской…

— Антон Андреич, а Вы не заигрались? — раздраженно перебил я его, подходя ближе. — Анне Викторовне простительна некоторая экзальтация, но Вы-то лицо официальное.

— Хорошо! — возразил мне Коробейников упрямо.