Яков. Воспоминания (СИ)

— И боюсь за свою жизнь! Посадите меня в тюрьму, тем самым Вы меня спасете.

— Арестовать Вас сейчас — значит, упустить преступника, — ответил я ему. — Если хотите помощи, то и нам помогите. Это учтется Вам на суде.

— Я все сделаю! — кивнул он с готовностью.

— Сделайте так, как сказано в письме, — велел я ему. — За Вами будет постоянно наблюдать наш человек."

"— Я все сделаю, — ответил Засокин. — Я понял.

— Значит, немедля в банк за деньгами, — переключился я на Коробейникова, — а потом в газету, дать объявление.

Вечером, незадолго до указанного в письме времени, мы с Коробейниковым обосновались в трактире, пытаясь высмотреть того, кто придет за деньгами.

Засокин, которого охранял городовой, должен был прибыть точно к назначенному часу. Но вот и время уже миновало, а мы по-прежнему не видели никого, кто вызвал бы наши подозрения. Задерживался и Засокин, что заставляло меня нервничать и сомневаться, все ли я предусмотрел, не ошибся ли в чем.

— Не похоже, чтоб Засокина здесь ждали, — со вздохом сказал мне Коробейников. — И они что-то не торопятся!

— Это что за детские разговоры, Антон Андреич, — одернул я его и себя вместе с ним.

— Терпение нужно вырабатывать.

— Вы знаете, иногда терпение может вспыхнуть, как солома! — ответил Коробейников нервно.

Вот уж я был согласен с ним полностью. Жаль не будет правильным ему об этом сказать.

— Яков Платоныч! — неожиданно раздался крик от двери.

Мы вскочили с мест. По трактиру к нам шел, пошатываясь и держась за голову, тот самый городовой, которого я приставил охранять Засокина.

— Что случилось? — кинулся я к нему, поддерживая, чтоб не упал.

— Виноват, Яков Платоныч! Не углядел! — сказал городовой, опускаясь на стул и отнимая руку от головы.

Рука была вся в крови. — По дороге напали. Меня сзади по голове, а Засокина вообще… Выстрел в сердце. Деньги забрали.

— Кто? — быстро спросил я его. — Ты их видел?

— Не знаю, не видел, — ответил он.

— Лекаря сюда! — крикнул я трактирщику. — И городовых вызывайте.

Я все-таки ошибся, права была моя интуиция. Я ошибся, и он снова убил.

— Не в трактире он должен был деньги забрать, а по дороге к нему, — сказал я Коробейникову, поднимая саквояж и трость.

— Поехали к Мишелю, быстро!

Окна квартиры куафера были темны. Но дверь оказалась приоткрытой, и изнутри доносились непонятные звуки. Мы с Коробейниковым зашли, приготовив оружие.

Вещей в комнатах явно поубавилось. Кое-где валялись забытые склянки. Было похоже, что хозяин дома уже сбежал, забрав и вещи. Но кто же тогда в соседней комнате? Причем шумит этот кто-то так, будто вовсе не боится быть услышанным. Мы осторожно прошли вперед. У комода, роясь в оставленных пузырьках, стоял поручик Шумский.