Дочь палача

Он несколько раз глубоко вдохнул и побежал, пошатываясь, вниз, по дороге к пристаням, то и дело оглядываясь. И когда обернулся в очередной раз, налетел на кого-то впереди.

Это была Магдалена. В руке она держала корзину, полную трав. Девушка смотрела на него с изумлением.

— Что случилось? У тебя вид такой, будто ты призрака повстречал.

Симон прошел с ней оставшийся путь до пристаней и опустился на кучу досок. Лишь теперь среди суеты извозчиков и плотогонов он чувствовал себя в безопасности.

— Он… он гнался за мной, — просипел наконец юноша, когда дыхание понемногу успокоилось.

— Да кто же? — обеспокоенно спросила Магдалена и села рядом с ним.

Магдалена рассмеялась, однако смех вышел натянутым.

— Симон, не говори чепухи, — сказала она наконец. — Ты перегрелся на солнце.

Симон покачал головой. И рассказал ей все, что произошло этим утром. О разгроме на стройке, погоне в лесу с ее отцом, разговоре со священником, Шреефоглем и Софией. И в конце о своем бегстве к пристаням. Когда он закончил, в глазах у Магдалены застыла тревога.

— Но для чего бы дьяволу подстерегать тебя? — спросила она. — Ты же не имеешь к этому отношения, так ведь?

Симон пожал плечами.

— Может, потому, что мы следим за ним. Потому, что мы чуть его не поймали, — он серьезно взглянул на Магдалену. — Твой отец тоже в опасности.

Магдалена усмехнулась.

— Хотела бы я посмотреть, как дьявол заявится к моему отцу. Не забывай, он палач.

Симон встал с досок.

— Магдалена, это не шутки, — воскликнул он. — Этот мужчина, или кто он там еще, предположительно, убил нескольких детей. Попытался убить меня, и, возможно, даже теперь наблюдает за нами.

Магдалена огляделась. Прямо перед ними плотогоны загружали на два плота ящики с бочками и закрепляли их.

В отдалении несколько человек разбирали обугленные развалины склада. Рядом уже сложили новые балки. То и дело кто-нибудь из рабочих оглядывался на Симона и Магдалену и шептался с соседом.

Симон мог себе представить, о чем они шептались: шлюха палача и ее любовничек… Сын лекаря, который спит с палачихой и не желает признавать, что по городу бродит дьявол и что знахарку нужно сжечь.

Симон вздохнул. Магдалену и так никто всерьез не воспринимал, да и его теперь, скорее всего, тоже. Он погладил ее по щеке и заглянул прямо в глаза.

— Твой отец рассказал, что ты нашла в лесу альраун, — сказал он. — Этим ты, возможно, спасла жизнь Штехлин.

— Всего лишь вернула долг. В конце концов, когда-то она мне эту жизнь подарила. Мама говорила, что рожала меня в ужасных муках. Я шла ножками вперед и не желала выходить. Не будь Штехлин, то и меня бы не было. И теперь я просто ей отплатила.

Она наконец снова посерьезнела и проговорила:

— Нужно найти отца и предупредить его. Может, он придумает, как изловить этого дьявола.