Дочь палача

Лицо ее побледнело, но в целом она была в порядке.

— Проход… он… обвалился, — промямлила она.

Лекарь опасливо посмотрел вверх. Потолок над ними казался надежным. Никаких крепей не было — только гладкая плотная глина. Округлая, слегка вытянутая вверх форма придавала стенкам дополнительную прочность. Симон уже видел такое в книжке по горному делу. Люди, построившие этот проход, были мастерами своего дела. Сколько времени прошло с тех пор, как прорыли этот лабиринт? Годы? Десятки лет? А нынешний обвал вызвала, скорее всего, влажность. Откуда-то, должно быть, просачивалась вода, и глина размягчилась. Но в целом туннель находился в превосходном состоянии.

Симона не переставало удивлять это сооружение. Для чего люди прилагали столько усилий и рыли такие лабиринты, от которых почти не было толку? В качестве подземного укрытия он никуда не годился — огонь только что это убедительно доказал. Стоит только разжечь наверху костер — и можно не сомневаться, что люди, как крысы, ринутся из задымленных проходов. Или бесславно задохнутся внутри.

Если только туннель не выводил куда-нибудь…

Симон взял Софию за руки.

— Нужно идти дальше. Проход может обрушиться. Где-то здесь должен быть выход.

София смотрела на него расширенными от ужаса глазами. Она оцепенела, и у нее, похоже, был шок.

— София, ты слышишь меня?

Симон влепил ей звонкую пощечину, и девочка пришла в себя.

— Нужно выбираться отсюда. Соберись. Пойдешь впереди и понесешь свечку. Следи, чтобы она не погасла, — он посмотрел ей в глаза. — Я возьму Клару и пойду прямо за тобой. Ты поняла меня?

София кивнула, и они двинулись в путь. Дошли до поворота, за которым проход снова выровнялся и постепенно стал подниматься — сначала едва ощутимо, а потом все заметнее. Сперва приходилось ползти на коленках, но через некоторое время туннель стал шире и выше. В конце концов они уже смогли пригнувшись бежать. Симон нес Клару на спине, ее руки болтались у него за спиной. Она была такой легкой, что он почти не чувствовал ее веса.

Внезапно в лицо задул ветерок. Симон глубоко вдохнул и почувствовал свежий запах леса, смолы и весны. Никогда еще воздух не казался ему такой благодатью.

Но вскоре проход уперся в тупик.

Симон не верил своим глазам. Он выхватил у Софии свечу и встревоженно огляделся. Тупик. Даже никакой дыры не было.

Лишь после долгих поисков он обнаружили лаз, который вел вверх.

На высоте примерно пяти шагов в узкую щель сочился солнечный свет. Наверху, недосягаемая для них, лежала каменная плита. Даже если Симон посадит Софию на плечи, она не дотянется до верха. Не говоря уже о том, чтобы сдвинуть тяжелую глыбу.

Они оказались в ловушке.

Симон мягко опустил Клару и сел рядом с ней на пол.