Это случится не завтра

– Волосы всегда должны быть заплетены в косу и заколоты обычными железными шпильками, – говорит она в заключение. – Никакой косметики, ни капли. Макс Линдер терпеть не может женщин с макияжем, так что никакого тонального крема, никакой губной помады, ничего. И никакого парфюма. Единственное, чем можно пахнуть, это дезинфицирующее мыло, им надо пользоваться регулярно. Биргит контролирует.

– Она работает на отель?

– Господи, нет. Она работает на Линдера. Ее задача – обеспечить, чтобы все прошло так, как ему нравится. В сущности, она такая же сраная нацистка.

– Что будет, если нарушишь правила?

– На первый раз – срежут зарплату. А дальше – не знаю, и не хочется знать. Говорят, она однажды выпорола девушку за тушь на ресницах.

– Ух ты! Как сексуально.

Мария изумленно смотрит на нее.

– Шучу. Где здесь душ?

– В конце коридора. Горячая вода обычно еле идет, особенно в это время. Твое мыло в верхнем ящике. Когда вернешься, расскажу, что делать вечером. И, Виолетта…

– Не нужно неприятностей. Прошу.

Вечером, в начале седьмого, Ева и Ланс входят в офис на Гудж-стрит с дорожными сумками в руках. Из Хитроу они добирались на метро – хоть и долго, но все равно быстрее, чем в час пик прорываться сквозь дорожное движение на такси.

Билли в офисном кресле разворачивается к ним лицом. На полу – башенка упаковок от фастфуда. Он сонно потягивается и зевает, как плохо воспитанный кот.

– Бывало и хуже. – Ланс бросает сумки и втягивает носом воздух. – Тут что-то сдохло, пока нас не было?

– Как дела, Билли? – спрашивает Ева.

Ева еле сдерживается, чтобы не распахнуть покрытое струями дождя окно и хоть немного не разбавить духоту, пропахшую карри. Ей не терпится узнать, получилось ли у Билли сделать две вещи: раскопать все, что возможно, о Ринате Евтухе, украинце, пропавшем в Венеции, и провести глобальный поиск недавнего интернет-трафика, связанного с именем – или оперативным псевдонимом – Вилланель.

Обе задачи, вероятно, весьма непросты, а Ева по опыту знает, что наилучших результатов от Билли можно добиться, если его не подгонять.

– Ну как тут? – спрашивает она.

– Все то же, – отвечает Билли, неторопливо подходя к раковине и забрасывая по чайному пакетику в чашки на сушилке.

– Леди хочет спросить, не скучал ли ты по нас, – говорит Ланс.

– Если честно, даже не заметил, что вас нет.

Ланс расстегивает дорожную сумку, достает сверток и бросает его Билли.

– Сувенир из Венеции, приятель. Просто показать, что мы думали о тебе, пока ты тут, как на галерах, а мы там, словно в сказке.

Это гондольерская футболка в красно-белую полоску. Ева кидает на Ланса благодарный взгляд: ей даже в голову не пришло захватить подарок для Билли.

– Итак, что у нас есть? – спрашивает она Билли, когда чашки уже у всех в руках.