Я – танкист

Но уже на остатках сил. Даже Лосева-часового пришлось сменить на самого выдохшегося, чтобы свежие силы привлечь. Однако обе машины на дороге, детей погрузили, двух к капитану, Лилию и её брата, а Смирнову с девочкой и мальчишкой к Соломину. Повезло, что одна машина санитарная, избитый мальчик на ней полетит лёжа, как ему удобно. Летуны, подсвечивая по очереди единственным нашим фонариком, осваивались в кабинах, а бойцы отдыхали. Я снова дал отбой.

Сам я так и не спал, а забрав у летунов фонарик, они спали в кабинах своих машин, устроился на капоте бронетранспортёра и писал рапорт о своих действиях в последние дни. Описал, что сам вырубил часового, забрал с собой людей и повёл их за собой. Как встретил разведчиков, уничтожение поста, патруля с захватом техники, захват грузовика, освобождение большого числа военнопленных, ну и конечно, наглый угон двух небольших самолётов. Подписался так же: «Майор Корнев, командир механизированной группы».

В стороне аэродрома взлетели осветительные ракеты. Значит, уничтожение постов обнаружили. Про самолёты не скажу, возможно, ещё нет. Я подсветил часы и пробормотал:

Часовые разбудили обоих летунов, и пока те приходили в себя и проверяли машины, поднятый отряд готовился к экстренному уходу. Техника заправлена, просто собирались. Наконец первая машина пошла на взлёт. Капитан уверенно поднял её в воздух. Почти сразу за ней начала взлёт и машина Соломина. Летуны уже пробежались, тут двести метров ровно укатанной дороги. Взлететь можно. Перед их отлётом я попрощался с Ольгой, погладив малютку, что она держала на руках, ну и вручил старлею свой рапорт. Он его убрал в карман. Перед отлётом обоим летунам я вручил памятные подарки. Причём с листками, вырванными из блокнота, где сообщалось, что это наградные пистолеты. Из последних трофеев было два парабеллума, вот они и были мной вручены капитану и Соломину вместе с ремнями и кобурами. Подарки были приняты хорошо, меня искренне поблагодарили. Кстати, Соломин уже переоделся в свою форму, так что застегнул ремень и согнал складки назад. Красавец.

Как только обе машины скрылись в ночном небе и гудение их моторов стало удаляться в сторону расположения наших войск, я отдал приказ начать движение. Мы прошли за следующие два часа километров восемнадцать и, углубившись в небольшой лес, встали на отдых. Выставили двух часовых, назначили дежурного, и всё, почти все отрубились там, где были. Я вот расположился в кабине бронетранспортёра.

Время подъёма я назначил на двенадцать часов, ровно в полдень нас и подняли. Дежурный доложился, что за время отдыха никаких происшествий не было, завтрак приготовлен и разогрет на костерке, можно принимать пищу.