Училка и миллионер

Мне стыдно. Костя выставил меня не иначе, как шлюхой перед ним. И взгляд Димы, перед тем, как он ушёл, больно резанул. Неприятно.

Вчера весь день я жутко злилась на Макарского. В груди давил такой горький осадок, что не раз просто хотелось расплакаться. Дать себе пощёчину у зеркала и сказать «я же говорила!»"

"Подумать только! «А мы с Катериной трахаемся» До чего же обидно и унизительно это прозвучало. Костя вообще не особенно стремится подбирать слова. Он считает, что называет вещи своими именами, но на самом деле это не что иное, как грубость. И мне она крайне неприятна. И уж особенно в том контексте, о котором шла речь. Хотя какой уж тут контекст, тут всё напрямую сказано было.

И вот от этого очень больно. Потому что мы действительно просто трахаемся. Я ему не невеста, стать его девушкой официально предложения не поступало. Я хотела видеть между строк, но было ли что?

Так что да, мы трахаемся. Но ставить об этом в известность Диму не нужно было в такой форме, Макарский.

Он, кстати, к вечеру мне написал. Как раз, когда я всё же не выдержала и расплакалась в диванную подушку, и пришло от него сообщение.

«Сердишься?»

Ни здравствуй, ни до свидания. И, конечно, никаких извинений.

«Катя, мне не нравится, что какой-то хуй тебя трогает. Поэтому я был немного резок»

Немного.

Резок!

«Ты хам и грубиян, Макарский! — не выдержала и ответила я. — Дима — мой приятель и коллега. И теперь мне невероятно стыдно»

«Ага, коллега. С торчащим в твою сторону хуем»

«Я ревную, Катя. Мне не нравится, когда кто-то смотрит на мою женщину и уж тем более, когда её трогает»

«Твою женщину? А я думала, мы просто трахаемся»

«Я не сказал ПРОСТО! Это ты додумала, Китти Кэт»

Да, но звучало именно так.

«Ты меня унизил, Костя. И очень обидел. И прекрати называть меня кошачьим кормом. Иди к чёрту, вообще»

В другое место я его уже посылала, так что пусть теперь туда сходит. И заблокировала для верности.

А потом злость, вызванная перепиской, сошла на нет, и мне снова захотелось плакать. Я уже скучала. Тело отдавало лёгкой, сладкой болью, напоминая о событиях прошлых двух ночей, а грудь горела от обиды и разочарования.

Он ведь даже не извинился. Не сказал доброго слова. А дурацкое сердце, глупое, зацепилось за это брошенное «мою женщину».

Оно вообще попало в силки. Сердце моё бедное. Незаметно так, а как очнулось — оказалось, запуталось уже. То, чего я боялась, чего так сильно не хотела, случилось. Я влюбилась.

Влюбилась в человека, который со мной лишь «трахается».

Мне даже в учительскую заходить не хочется. Юркнуть бы на свой третий этаж, но надо идти за ключом от кабинета. Мой личный ключ сломался, завхоз как раз обещал выдать новый, но сейчас надо идти брать школьный.