Училка и миллионер

Но я и испугаться толком не успеваю, потому что следом за ним в квартиру входит здоровенный рыжий мужчина, неся на плече девушку явно без чувств, а в руке — её туфли. Девушка ко мне пятой точкой, а вот яркие туфли цвета фуксии я сразу узнаю.

— Принимай подружку, Катерина, — с деланно учтивым пьяным поклоном говорит Макарский.

— Что вы с ней сделали? — шокировано поворачиваюсь к нему, ощущая, как в груди всё стягивает ледяной коркой страха за подругу.

— Ну как минимум не оставили бухую в стрипклубе под столом, — пожимает плечами Константин, прищурившись в своей манере, только пьяно. — Уж прости за беспокойство среди ночи, малыш, но везти её к Боде не вариант. Если он сделает с ней то, о чём она так сильно его просила, то утром будет сожалеть, размазывая по лицу сопли со вчерашней тушью. Так что мы, как благородные джентльмены, решили приве… принести её к тебе.

— Куда её? — спрашивает рыжий бугай, чуть приподняв бровь. Тоже пьяно.

— В зал на диван, — киваю на единственную комнату, а сама поворачиваюсь в Макарскому и складываю руки на груди, строго глядя на него.

— Что произошло? Карина замужем, она не могла просить о том, о чём ты говоришь.

Макарский, когда мы остаёмся вдвоём, сразу меняется с иронично-игриво настроенного на того, от которого мне хочется сделать шаг назад. Во взгляде вспыхивает огонь, от которого у меня теплеют щёки.

Никто и никогда так не смотрел на меня. Я встречалась с парнями. С одним в школе, с двумя во время учёбы в институте. Не одновременно, конечно же. Но ни один из них не смотрел на меня так, будто хочет сожрать.

Он делает ко мне шаг, а я интуитивно отступаю, опускаю руки, будто сдаюсь без сопротивления, прекрасно зная, что сзади шкаф и дальше отступать будет некуда, если он сделает ещё шаг. Да и вообще отступать некуда.

Но Костя останавливается, вижу, как сжимает зубы, делает над собой усилие.

— Я пьяный, Катя, — говорит негромко. — Так что ты это… Короче, потом поговорим про твоё сообщение, — снова принимает ироничное выражение лица. — Обязательно поговорим. Сидеть потом пару дней точно не сможешь.

— Знаешь что! — снова складываю руки на груди, но он слишком близко, и у меня по позвоночнику мурашки так и ползут.

— Знаю… — ухмыляется, чуть пошатнувшись. — А подруга утром тебе всё сама расскажет. И нет, мы её не трогали. Ну почти… Точнее это она. Скажи, Рем!

Рыжий как раз возникает рядом с нами. Он с интересом пялится на меня, а потом попеременно на нас с Макарским и ухмыляется каким-то своим мыслям.

— Ага, — кивает. — Еле отбился, блин. Ты это… скажи ей, что если что, пусть звонит, я ж только за. Только трезвая, а то потом вдруг что…

Господи, Карина, во что же ты там встряла? И хорошо, хоть Коля в командировке.