Искалеченные

Они были посыпаны свежей зеленью и выглядели аппетитно.

– Это полента, – пояснила Лин, заметив, как я разглядываю закуску. – Она готовится из кукурузной муки, поэтому у нее такой яркий оттенок.

Я сделал глоток вина. Терпкий прохладный напиток остудил гортань и спустился по пищеводу, разгоняя по телу тепло. Стало приятно. Лин последовала моему примеру и, прикрыв веки, поднесла бокал к губам.

– Откуда такие познания в винах и еде?

– Постепенно приходилось узнавать во время работы, – Лин пожала плечами, насаживая кусок поленты на шпажку. – А что насчет тебя? Куда ты хочешь устроиться, когда закончишь колледж?

Я потянулся к закуске.

На вкус она была такой же, как и на внешний вид. То есть, аппетитной и вкусной.

– Я заканчиваю последний курс факультета журналистики, – ответил я, прожевав поленту. – Но не хочу связывать жизнь с прессой. Если честно, то я думаю насчет того, чтобы стать копом, – сказал я, и на последних словах Лин подавилась закуской.

– Ты точно пересмотрел сериалы с полицейскими, – она откашлялась в салфетку, скрывая улыбку. – А еще я представила тебя в форме копа, – добавила Лин, и ее щеки приобрели красивый розовый оттенок.

Заметив непривычное для нее смущение, я опустил руку под стол и провел ей по ее колену.

– Я был бы хорошим или плохимполицейским? – спросил я.

Моя ладонь двинулась к ее внутренней стороне бедра, и щеки Лин стали ярче, сливаясь с цветом вина. Я улыбнулся. Мне нравилось, когда она смущалась. Это было редко, но мило и искренне.

– Потанцуй со мной, – произнес я, а Лин в ответ удивленно подняла брови.

Пускай моя просьба была достойна сценария дешевых мелодрам, но в этот момент мне действительно хотелось взять ее за руку и прижать к себе под плавную тягучую музыку.

Я не умел танцевать, но мне хотелось сделать это с Лин.

– Кто ты такой и куда дел Рэймонда? – растерянно спросила Лин, когда я встал из-за стола.

Я обхватил ее миниатюрную теплую ладонь пальцами и потянул на себя. Лин поднялась, и я прижал ее к себе так, что наши груди соприкоснулись друг с другом. Одну руку она оставила в моей ладони, а вторую положила на мое плечо.

Мы начали раскачиваться под спокойную мелодию, и я склонил голову к волосам Лин. Запахи миндаля и меда проникли в мои ноздри.

Черт. От одного аромата Лин мне сносило крышу.

– О чем ты думаешь? – спросил я, едва дотронувшись губами до мочки ее уха.

– Если честно, то я еще не отошла от того, что ты хочешь стать копом, – она подняла на меня взгляд. – А сейчас мы танцуем, и я все жду, когда закончится сон, после которого очнусь в сумасшедшем доме.

– Не переживай, – я усмехнулся, – когда ты проснешься, я буду в твоей палате.

Марло прибавил музыку, и несколько пар последовали нашему примеру и встали из-за стола.