Киберканикулы

 – Впрочем, непринципиально! Так по какому поводу вы хотите меня… расслабить?

– Ну что вы, – смущенно поджал средние лапы ксенос, – не вас, а себя! Я хочу… – крамарец аж посинел от собственной наглости, – сделать ставку!

Хрущак уважительно присвистнул. Для крамарцев, печально известных своей бюрократией с регламентированием каждого чиха, это и впрямь была запредельная авантюра. Как если бы глава ОЗК, откушав расслабляющего салатика, сорвала с себя одежду и станцевала на столе.

А еще Хрущак слыхал, что крамарская делегация состоит из тамошних олигархов, подписавших с руководством Кассандры крупный контракт на спонсорские и рекламные услуги. Так почему бы скромному букмекеру тоже не отщипнуть от них кусочек?!

– На кого? – услужливо осведомился он, доставая из кармана мешочек с жетонами, с которым не расставался даже в туалете – вдруг из вентиляции вылезет срочно жаждущий ставок змеелюд, а из канализации – еще более пронырливый и азартный амебоид?

Ксенос порылся в кармане набрюшного фартука, так воровато автономно вращая глазами по сторонам, что добрая половина завтракающих наверняка приняла его за торговца наркотиками.

– Я ставлю сто единиц на то, что авшуры – простите, забыл название их корабля! – выиграют гонку! – торжественно заявил он, вручая букмекеру маленький тусклый шарик крамарской валюты.

– Только сотню? – разочарованно уточнил Хрущак, рассчитывавший, что крамарский миллионер рискнет хотя бы тысчонкой.

– Это еще не все! – пообещал ксенос и, дождавшись, когда букмекер внесет ставку в таблицу и выдаст игроку номерной жетон, протянул ему второй шарик. – И сто на то, что авшуры проиграют!

– А какой в этом смысл?! – растерялся Хрущак. – Ставки же, считай, в ноль схлопнутся!

Крамарец снова закрутил глазами, убедив в своей исключительной криминальности оставшуюся половину зрителей.

– Хочу испытать полноценный азарт от гонок, усиленный радостью победы и горечью поражения! А деньги терять не хочу.

Воображаемая глава ОЗК слезла со стола и поглубже застегнула пуховик.

Человека Хрущак прогнал бы с возмущенным «Не дурите мне голову!», а приятеля – еще и пинком, но спорить с дотошным занудным ксеносом было себе дороже.

Букмекер принял вторую ставку и выразительно воткнул вилку в салат.

Крамарец понял, что хуманс не прочь еще больше расслабиться в его компании, и с готовностью умостился поудобнее.

Обычно психологи обставляют свои кабинеты предельно лаконично, в спокойных тонах, дабы пациент мог максимально расслабиться и сосредоточиться на своей проблеме.

Мэй Ким работала «от противного», стараясь синхронизировать обстановку с внутренним состоянием пациентов, а потом уж заниматься уборкой.

Или просто терпеть ее не могла.