Московский полет

Старуха уборщица моет тряпкой пол и следит, чтобы все бросали деньги в тарелку. Рулон бумаги на весь туалет один – перед коридором кабин. Отрываешь себе кусок бумаги и идешь в кабинку. Если не хватит, придется за новой порцией бумаги выскакивать из кабины со спущенными штанами…»

«Всюду разбитые мостовые и какой-то всеобщий оглушающий ремонт: возле Большого и Малого театров, в гостинице «Метрополь», перед универмагом… Пыль, грохот, не слышу сам себя! «Метрополь» ремонтируют финны, хорошо бы всю страну отдать им на ремонт… В скверике за ЦУМом – гигантская очередь к совершенно пустым киоскам – ну, пятьсот человек! Подошел, спросил, за чем очередь? Ждут мужские рубашки.

Иду дальше по улице. Вывеска на пустом киоске: «Джинсы индийские – 70 рублей». Тоже стоит гигантская очередь, ждут. Джинсов нет, продавщицы нет, очередь есть…»

«Иду в потоке прохожих по Столешникову переулку. Это самый центр Москвы, как Сорок седьмая улица в Нью-Йорке между Пятой и Шестой авеню. Но – жуткий ремонт, мостовая разворочена, грохот, пыль страшная. Черт, чуть не попал под машину! Душно, жарко! А вот прямо с лотка продают «пепси», 17 копеек стаканчик.

Даже не с лотка, а с каких-то ящиков. И наливают не в бумажные одноразовые стаканчики, а в стеклянные, многоразового использования – те, от которых приходят в ужас американцы…»

«Иду в толпе через Пушкинскую улицу. Ой, толкнул женщину! Между прочим, толкнул и даже не извинился. Да она и не оглянулась. Тут все друг об друга толкаются, как рыбы в нерест… Пивной бар на углу, в подвале. На ступеньках вниз стоит знакомая очередь. С тех пор стоит, как я уехал…»

«Вышел из Столешникова переулка, подхожу к улице Горького. А вот знаменитый на всю Москву грузинский ресторан «Арагви»! Вах! На двери ресторана – эмблемы кредитных карточек! Да, это уже прогресс – наконец-то московские рестораны принимают «Визу», «Американ экспресс» и «Дайнер клаб»!.

.»

«Ресторан «Центральный» на улице Горького. Вывеска: «Ресторан высшей наценочной категории». Что это значит? Зайдем посмотрим. У пустой раздевалки стоит старичок гардеробщик. Подхожу.

– Скажите, а что это значит – «высшей наценочной категории»?

– А это самый дорогой ресторан!

– Ага, понимаю. Но можно просто сказать: ресторан высшей категории.

А что такое «наценочной»?

– А это еще пять процентов за культурное обслуживание.

– Ах вот оно что! Мало берете! Наверно, некультурно обслуживаете!

– А если без пяти процентов, так что – меня можно коленом толкать? – говорит гардеробщик.

– А с пятью процентами толкают?

– Не изменилось положение! Как было, так и есть! То была курица рубль пятьдесят, а сейчас она три с чем-то. За эти пять процентов повысили зарплату официантам.

– А я получаю гроши, а ведь несу материальную ответственность.