Нерядом

На тренировку все-таки вез и домой отвезу, ладно уж… Дианка всю дорогу тарахтит о том, как прошел первый рабочий день. Конечно, впереди еще много всего нового, но втянется быстро, моя же дочь.

Рассказывает, как ходили примерять костюмы и что решили договориться о пошиве новых, как всем составом думали о том, как дать объявление о наборе девчонок в команду, и даже успели порепетировать. К полноценной поддержке они, конечно, приступят уже в новом сезоне, но было решено взять их на финальный выезд. И парням поддержка больше все-таки, и им боевой дух и желание остаться на месте. Я это исключительно ради дочери делаю, конечно. А ей приятно, улыбается.

Горин радует! Сегодня защищал ворота как в последний раз. Еще месяц назад этот парнишка был у меня запасным вариантом на случай, если основа сломается, а сейчас у меня вообще нет потребности убирать его с поля. Я знаю, что на него так влияет. И я сам говорил ему, что когда влюбится – это поможет играть хорошо. Но я ж не думал, что предметом воздыхания станет моя дочь! Да еще и так скоро…

Но делаю вид, что ничего не замечаю. Пока моих нервов на это хватает, а что дальше будет – посмотрим.

Завтра у нас игра, потом мы снова уезжаем, финал. Все на нервах и азарте, поэтому в машине болтает только Мышка, мы с Гориным профессионально сосредоточены, и это в нем меня тоже очень радует сейчас, потому что раньше он был сильно больше дурной. Такой вот… расхлябанный, несобранный. А сейчас другой. Специально он, что ли, становится нормальным, чтобы я ему претензий не высказывал?

Подъезжаем к ним во двор, сразу сканирую глазами парковку, но машину того мудака не нахожу. Отлично.

– Подниметесь, Виктор Палыч? – посмеивается Горин. Вот же засранец наглый, а!

– Иди, Дима, от греха подальше.

– До завтра, – говорит он и уходит, а я качаю головой. Вот же дети какие!

– Па-а-а, – хитро улыбается Дианка.

Вот знаю я эту хитрую улыбку, точно знаю. Она либо что-то хочет от меня, либо пытается что-то узнать. И лучше бы первое. Что там? Новый телефон? Поедем, куплю, и она не будет пытать меня этим хитрым «па-а-а-а». Я слабовольный человек, на меня это всегда действует.

– Что-о-о-о, – копирую ее голос, выезжая с парковки.

Какие-то дебилы тоже пытаются выехать, но какого-то черта через въезд, и блокируют все движение, пытаясь развернуться. Идиоты, вокруг одни идиоты!

– А давай поедем в мою любимую кофейню за круассанами, и заодно ты мне расскажешь, что у вас с Мариной? – улыбается она. Пусть всегда улыбается. После утренней истерики ее улыбка – лучшее, что может быть в этой жизни.

– А что у нас с Мариной? – строю из себя дурачка. Ну в целом я не паясничаю, а задаю логичный вопрос. Дело в том, что я и сам не знаю, что у нас с Мариной, но Мышка такой ответ никогда в жизни не примет, конечно же.