Невеста Моцарта

— Марго, там Мона. Она рожа… — выскочил нам настречу Антон из помещения, что, пожалуй, сошло бы снаружи за конюшню. Очумело застыл, уставившись на Женьку, но, отдать ему должное, договорил: — Мона рожает.

— Моя девочка! — подскочила Марго и повернулась ко мне, когда я порадовал её таким же одурелым выражением лица, как у парня:

Она усмехнулась и довольно похлопала меня по плечу.

— Вот только не говори, что ты не знал.

И я бы удостоил чёртову каргу ответом, если бы не был сейчас немного занят.

Облегчение на Женькином лице, искренняя радость, а потом взгляд на меня, полный мстительного злорадства, говорящий «да кто бы сомневался».

— Ш-шеф, — с трудом оторвав взгляд от моей невесты, Антон посмотрел на меня и часто смущённо заморгал. — Д-добрый день.

— Добрый, добрый, Антон, — кивнул я.

И, собственно, на этом всё. Я сам послал его к Марго сказать, что теперь знаю про их давнюю «дружбу» и снабдить самыми свежими новостями. Но о том, что явлюсь лично, когда он будет здесь, как-то забыл предупредить.

И что со мной будет Женька — тем более. Я и сам не знал.

Но чёрт! Всё произошло так быстро, что я ни хрена не понял: влюблён он в неё или нет.

Между ними явно что-то было. Но что? Привязанность? Дружба? Моя грёбаная паранойя? Мне вообще стоит об этом беспокоиться или нет?

Я повернулся к Марго и болезненно скривился:

— Конечно, я знал. Но, пожалуй, мне нужны твои ответы.

— Я тебе их дам, мой мальчик. Но, прости, сейчас моя любимая девочка рожает и ей нужна моя помощь.

Даже если учесть тот факт, что в табели о рангах Марго мальчик-я и девочка-самка собаки стояли на одной ступеньке, я совсем не хотел на это смотреть: как на свет появляются маленькие корги.

 И находиться в тихом тёплом помещении с застеленном пелёнками вольером. Слушать, как Марго подбадривает свою суку, как строго настрого запрещает трогать руками первого щенка, давая собаке оправиться от нервного возбуждения.

Я вышел, закрыв за собой дверь, уже зная, что, наверное, об этом пожалею, ведь я сам позволял создать Антону с Женькой свою историю и памятное событие без меня. Но я делал это сознательно. Антон был прав: Женька растеряна и невыносимо одинока. Я отнял у неё всё: семью, дом, привычную жизнь, веру в любовь, запятнав бездумным сексом с сестрой, даже друзей.

Так пусть у неё появятся новые. Хотя бы один. Пусть они секретничают, пусть обсуждают вещи, которые интересны в их возрасте. Меньше всего я хотел, чтобы рядом со мной она была несчастна. Пусть уже отвлечётся от придумывания нашей с ней истории любви. Пусть у них с Антоном даже что-нибудь получится. Плевать. На то она и молодость, чтобы легко влюбляться и легко расставаться.

Так, наверное, даже будет лучше для всех — если у них что-нибудь получится.