Невеста Моцарта

Что заплатить придётся: ему или этой чудной девочке, которую дома ждёт муж и малышка-дочка. И которая так рада получить крупного и богатого клиента.

Не знал он только, что девочку я, конечно, пугать не собирался. Это лишняя для него информация.

Со мной не шутят, господин Тоцкий! Я не бросаю слов на ветер. Я предупредил. Я назвал срок. И я точно знал, что ты найдёшь деньги. А уже как: прибегнешь к угрозам, шантажу, надавишь на жалость или сможешь договориться со своим собеседником и взять его в долю — это твои проблемы. Но деньги отдать придётся сейчас. Они даже не попадут к тебе в руки.

Над рекой стали сгущаться сумерки. И у каждого столика зажглись тёплые круглые фонари, когда господин Тоцкий, глядя на меня, кивнул и встал.

«Ой, да не надо этой театральности, Алексей Владимирович!» — хмыкнул я, запивая кусок хорошо прожаренного мяса густым вином. Прямо как пленный белый офицер, которого повели на расстрел: спина прямая, руки за спину.

Ваша кислая рожа не испортит мне аппетит.

Одним кровопийцей чиновником меньше на теле трудового народа, одним больше. Я не Робин Гуд, мне плевать. Но я любил красивые финальные аккорды.

И, даже не вставая из-за стола, мысленно видел, как Ружников открыл багажник машины. Как мои люди забрали сумку с деньгами. Шестнадцать килограммов, если пятитысячными купюрами. Десять — если он привёз стодолларовые.

Мои даже пересчитывать не стали: мы вам верим!

Мне даже сообщение не написали. Просто кивнули.

Легко представил я и как уже дома испуганный Тоцкий будет трясти дочь: «Что он тебе сказал? Что?!» А она удивится: «Кто? Емельянов? Папа, он мой клиент. Он меня нанял свадьбу организовать». Но это потом, а сейчас…

— Уже горю желанием познакомиться с вашей невестой, — щебетала Ксения у своей машины, куда я помог донести её вещи.

— Уверяю вас, она вам понравится, — кивнул я. И доверительно перешёл на шёпот. — Но что бы я там ни написал в ваших бумажках, делайте как скажет она. Хорошо?

— Только настоящие мужчины поступают так, — улыбнулась Ксения, раскрасневшаяся и довольная. — Или безумно влюблённые. Похоже, и то и другое про вас.

— И то, и другое, — согласился я. — Спасибо за чудесный вечер.

Закрыв за ней дверь машины, я посмотрел на часы.

Там Сашка уже поди истомилась. А я тут всё строю из себя влюблённого гангстера.

Движимый только одним желанием: отодрать сестрицу моей невесты пожёстче, я поднялся на последний этаж гостиницы «Лотос».

Этот длинный тяжёлый день просил под фанфары лёгкой грубости, прохлады с реки в открытые окна и крышесносного секса. И я точно знал с чего начну, когда, смыв с себя грязь, сменив костюм, и, прикупив по дороге цветы, позвонил в дверь заказанного номера.