Николай I. Освободитель. Книга 4 (СИ)

— Помилуй нас, Боже, по велицей милости Твоей, молим Ти ся, услыши и помилуй…

23 декабря 1822 года перед самыми рождественскими праздниками умерла сестра Екатерина. Умерла от банальной простуды, переросшей в воспаление легких. То, что в будущем лечилось несколькими дозами антибиотиков, тут было одной из самых распространённых причин смерти. Собственно, если я правильно помню, изначальный хозяин этого тела в той истории умер именно от этого недуга. Есть от чего задуматься над смыслом бытия.

— Воскресый из мертвых, Христос, истинный Бог наш, молитвами Пречистыя Своея Матере, преподобных и богоносных отец наших, и всех святых Своих, душу от нас преставльшияся рабы Своея Екатерины, в селениих святых вселит, и с праведными причтет, и нас помилует, яко Благ и Человеколюбец.

Я бросил быстрый взгляд на стоящего рядом брата. Александр как будто разом постарел еще лет на пять. Он и раньше-то выглядел весьма замучанным, в свои сорок пять больше смахивая на пятидесятилетнего. А то и старше.

Екатерина была его любимой сестрой, с которой брат был очень близок. Не зря же он просил меня достроить железную дорогу до Гатчины, где жила великая княгиня с детьми и вторым мужем. Александр часто мотался туда — благо на поезде это занимало всего два часа в один конец, — любил возиться с племянниками.

Неосторожно оброненные двадцать лет назад слова насчет расплаты молодого тогда императора за участие в убийстве отца, после которого Александр потерял двух маленьких дочерей и трех молодых еще сестер, не прошли даром.

— Живый в помощи Вышняго, в крове Бога небеснаго водворится. Речет Господеви: заступник мой еси и прибежище мое, Бог мой, и уповаю на Него, — после короткого перерыва затянул новый псалом священник.

Где-то чуть в стороне тихо, прислонившись к отцу всхлипывали дети. Смахивали набегающие слезы, облаченные в траурные наряды женщины.

Не могу сказать, что сам с Екатериной был слишком близок, скорее наоборот. Одно время, в дни Отечественной войны она занимала откровенно противоположную позицию по поводу возможности заключения мира с Наполеоном, однако после смерти от тифа первого мужа, практически перестала лезть в политику. После этого отношения с ней сразу наладились.

Постепенно убаюкивающий речитатив священника подействовал и на меня. Я потихоньку начал уплывать и только рука жены, сильно сжавшая мою ладонь, немного вернула меня обратно на землю. Я бросил взгляд на стоящую рядом Александру и коротко, одними глазами, поблагодарил ее. Жена тоже чуть кивнула и отреагировав на слова священника перекрестилась.