Обреченные стать пеплом

– По-моему, более чем достаточно. Тем более я бы не вынесла, узнав, что ты страдаешь по мне дольше одного календарного квартала. Не для того я с тобой сошлась, чтобы в итоге стать причиной твоих страданий.

– Ну знаешь, исходя из тех же соображений, я бы всё равно не дал бы тебе три месяца. Этого слишком мало.

– Вот как? – заинтересованно посмотрела на собеседника я. – И какое количество времени ты находишь оптимальным?

– Полгода? Серьёзно?.. Ты серьёзно видишь меня в постели с другим мужчиной уже спустя полгода после своего ухода?

– Ладно, восемь месяцев… И не смотри на меня так! Ты вообще опустила мою планку самоуважения до трёх месяцев.

– Я не делала ставку на то, что ты бы лёг с другой женщиной уже спустя три месяца. Я говорила, что мне хотелось бы, чтобы ты как можно скорее нашёл себе спутницу жизни, которая смягчила бы удар от утраты меня.

– Ладно, я тоже не думаю, что ты уже спустя полгода нежилась бы в объятиях другого. Но я бы не был против, если бы это произошло не ранее чем через шесть семь…

– Вы два малолетних придурка, которым понадобился бы ровно год, – послышался уверенный голос Полины за нашими спинами.

Мы с Робом обернулись одновременно. Она стояла в пяти шагах от нас, скрестив руки на груди, прислонившись плечом к угловому столбу террасы.

– Ровно год? – засмеялся Робин. – Почему ровно год?

– Да уж не потому, что вы без ума друг от друга, детишки.

– Но у нас связь… – улыбаясь, попыталась вставить я.

– Да-да… Я уже слышала о вашей “платонической любви”. Поэтому тебе, дорогуша, понадобилось бы не меньше года, а твоему муженьку, – Полина перевела многозначительный взгляд на Робина, – плюс-минус один месяц.

– Эй, что за разбежка! – Робин вскочил со своего места.

– А почему “плюс-минус”? – уже почти смеясь, поинтересовалась я. – В конце концов, это серьёзный временной разрыв.

– В конце концов, какими бы ваши отношения ни были платоническими, мужчины подвержены физическим соблазнам больше, нежели женщины. Поэтому скорее минус…

– Эй! – очевидно Робина заключение Полины не устроило, но где-то в глубине души мы все знали, что Полина права. Мы с Робом – это не она с Душаном. Нас хватило бы на год. Плюс-минус один месяц. И, скорее всего, это был бы именно минус. Наш с Робином личный минус. И, случайно выяснив сейчас это, нас могло радовать только одно – то, что мы не собирались этого проверять.

Лежа в постели в час ночи, мы прислушивались к радионяне, надеясь, что кряхтение Тена не перерастёт в плач, который обязательно заденет своей звуковой волной и Джоуи, и нам всё-таки не придётся покидать свои мягкие подушки на ближайший час.