Операция «Моджахед»

С Абу я познакомился во время работы по основному профилю: нашей командой тогда ещё и не пахло. Я неплохо владею рядом языков (сугубо юношеские увлечения из мирной жизни, к военной специфике никак не относятся), в том числе и арабским. Бывало, знаете ли, валяешься вечерком на тахте, почитываешь «Шахнаме» (в подлиннике, абу-дабийского издания) и сам с себя прёшься — ну, блин, какой же я всё-таки умный и грамотный!

Это сейчас я так себя оцениваю, с позиции пережитого. Этакий умненький полиглот, вдобавок владеющий оружием, единоборствами и спецтехникой... А тогда, разумеется, оружием и спецтехникой там и не пахло, и ничего такого я не думал. Некогда было, надо было торопиться жить.

До встречи с Абу я и не подозревал, что в этой войне мой арабский может пригодиться. Чеченский — другое дело, его я изучал тоже вне ведомства, по сугубо личным мотивам, которые не всякому первому встречному откроешь.

Дело было так: чем-то озабоченный полковник Лаптев заглянул в нашу палатку, посмотрел на меня, этак задумчиво шевеля губами, и вдруг пробормотал:

— А! Арабский. И фарси. Полиглот, блин. Фарси — на фиг, но арабский... Точно... Ну-ка, лейтенант, «форма четыре», полная боевая — через пять минут едешь с нами.

И поехал. У нас не принято спрашивать младшего, хочет он ехать или как, просто приказывают за пять минут до у бытия, и попробуй не успеть.

Живописать мероприятие не буду, секрет. А по сути это были обычные переговоры.

Да, пару слов по поводу переговоров. Вот в народе бытует мнение, что моё ведомство иногда некими странными делишками занимается... С первого взгляда стороннему наблюдателю трудно понять, почему всё именно так устроено и нельзя сделать как обычно: тихонько подползти и всех грамотно расстрелять, как это умеет делать наш прославленный спецназ. Спешу заверить, что даже наша хитрая контора на прямой равноправный контакт (без последующего уничтожения либо захвата) с этими мерзавцами идёт лишь в том случае, если у них на руках имеются козыри, побить которые мы просто не в состоянии. Например, захваченный ими наш коллега. Чтобы спасти боевого брата, мы готовы пожертвовать многим: своей жизнью, важной информацией, возможностью завалить на месте международного террориста и так далее.

У противной стороны был свой переводчик, с ним Лаптев и общался. А я сидел скромно в сторонке и впитывал всё, что осталось «за кадром». А потом Лаптев этак мимоходом посвятил меня: знаешь, с кем общались? Это тот самый пресловутый Абу. Запомни его хорошенько.

Я запомнил. Внешне он из себя ничего особенного не представляет, можно запросто спутать с любым похожим экземпляром из той же категории. Но есть такие отличительные черты, как голос, физиолептика и характерные манеры. Со слухом у меня полный порядок, да и на память не жалуюсь.