Операция «Моджахед»

Нужно нам было всего ничего: найти близких родственников Земфиры Музаевой и попросить их оказать содействие в её поисках. Как минимум — нормальное фото и места возможного пребывания вне Чечни. А в норме — чтобы кто-то из них (а желательно сразу несколько лиц) поехал с нами и погулял по улицам приграничных городов, авось в толпе углядит родное лицо...

Что, ничего странного не находите? Нормальная просьба, да? Ладно, если у вас под рукой нет знакомого милиционера с опытом пребывания в Чечне, я вас кратко введу в курс. Просьба, разумеется, вполне естественная, но... Это с нашей точки зрения. С точки зрения русского офицера, работающего в Чечне.

А теперь представьте себя на месте Музаевых. Нет, чтобы было доходчивее, оставим Музаевых в покое, а будем оперировать всем нам известными и близкими понятиями. Представьте, что идёт Великая Отечественная, сорок третий год на дворе... Вы — белорусский селянин, выдавший недавно дочь за всем народом любимого и горячо обожаемого партизана Поликарпа Бурлака из отряда легендарного Сидора Ковпака. И вот к вам в один прекрасный день вламываются эсэсовцы и просят оказать помощь. Дайте нам фото вашей дочурки, мы её маленько искать будем. Для чего именно — мы вам не скажем, это такой наш эсэсовский секрет. Нет портрета? Зер гут, яволь. Тогда собирайтесь, будем ездить с вами на нашем немецком мотоцикле с коляской по близлежащим посёлкам, чтобы вы нашли в толпе вашу дочурку и указали нам на неё...

Вот такие дела. И попробуйте убедить меня в том, что эта метафора совершенно идиотская и даже дикая по нашим цивилизованным условиям. Это вовсе не метафора, просто так оно и есть на самом деле, спросите в неофициальной обстановке у любого, кто тут был. У чеченов сейчас своя Великая Отечественная, мы для них ничем не лучше эсэсовцев, и они с трудом представляют себе, что среди тех эсэсовцев могут быть вполне хорошие ребятишки.

В общем, домыслите сами, как отнесутся Музаевы к нашей миссии.

Вот поэтому я и сказал вначале, что мы надеялись на передачу дела чекистам. Как говорит Вася Крюков, ну их в задницу, такие дела...

Ладно, давайте по порядку, а то начал сразу с больного вопроса, а в суть не посвятил.

Итак. Иванов прилетел из Моздока и сообщил «радостную» весть: есть решение сверху. Всё бросаем, занимаемся вплотную нашей недоловленной смертницей Земфирой. Строго конфиденциально. Минимум информации навынос, особенно для чекистов. Знакомая песня, не правда ли?

Иванов признался, что в такой постановке вопроса виноват он лично, вернее, его преступная искренность в разговоре с Витей и желание дать временному начальнику как можно больше информации по этому делу. Может быть, всё было бы иначе, не упомяни он о моём замечании насчёт Абу, голос которого я узнал на той записи...