Ош. Жатва. Том 1

С той лишь разницей, что недоразделанные туши шевелились, выли, хрипели и харкали собственными соками. Если эти твари когда-то и были людьми, ты ныне человеческого в них осталось немного. Жилистые тела покрывала землисто-серая кожа, усеянная тёмными пятнами. Лысые скальпы были покрыты как застарелыми, так и совсем свежими царапинами, будто их непрестанно драли ногтями. Иссохшие лица с ввалившимися щеками не выражали ничего, кроме всепоглощающего голода. Даже будучи на пороге небытия они разевали рты, как ненасытные птенцы. И у каждого на шее была лиловая отметина.

— Эй, — нежно пнул я трясущийся комок под ногами.

— Вставай, приехали.

Волдо боязливо поднял голову и огляделся:

— Тебя заклинило что ли? Бери меч, дурные головы сами себя не отчекрыжат.

— Кошмар, — обозрел пацан мясную поляну. — Как вам удалось справиться в одиночку?

— Не богохульствуй! — я сам не понял, как острие клинка оказалось возле шеи Волдо, и попытался сделать вид, что контролирую ситуацию: — Ха! Купился. Не ссы, малец, дядя Кол убивает только плохих парней. Давай, за работу. Апостол Пётр уже заждался.

Остаток ночи прошёл спокойно. Покидав части тел в кусты, мы в две смены покемарили у костра и на утро с налитыми кровью глазами, но хотя бы не падающие из седла продолжили путь.

Единственным, кто хорошо отдохнул, был Красавчик, нагнавший нас задорной рысью. Наверное, отодрал какую-то несчастную зверушку.

Судя по карте, поместье Ренарнора было уже неподалёку, и мне не терпелось повидаться со старой знакомой. И не только по причине проклятия. Её богомерзко прекрасное лицо засело у меня в памяти, как клещ под залупой. Эта улыбка на фоне кувыркающейся в воздухе головы... Так мило, чёрт бы её подрал.

— Что ты знаешь о баронессе Арабель де Монжу? — огорошил я Волдо нежданным вопросом.

— Я? Не больше вашего. Так же видел мельком на балу, и от Сезара про неё слышал.

— Да брось. В жизни не поверю, что чернь не перемывает кости местной знати. А баронесса была близка с Ройтером, к тому же весьма и весьма заметна. Наверняка про неё ходит уйма сплетней.

— Сплетни — не мой удел.

— Я тебя умоляю. Ты что ли из тех, кто считает сплетни исключительно бабьим досугом? Открою секрет — все любят сплетни. Просто, одни называют их новостями, другие — надёжными сведениями, а некоторые даже разведданными.

Так что давай, зачитывай донесение.

Волдо шумно вздохнул и начал доклад:

— Это просто досужие разговоры...

— Вот, точно! Совсем забыл. Извини, продолжай.

— Ну, болтают, что баронесса де Монжу приходится кровной роднёй Ройтеру, и при этом...

— Пресвятая Амиранта... Почему из всех слов вы всегда выбираете самые грязные?

— Ах, простите мою испорченность. Они находились в романтических отношениях, развивающихся наперекор общепринятым нормам морали?

— Да.