Ош. Жатва. Том 1

— Так как же Глют удостоился чести тут квартировать?

— Зачем спрашиваешь, когда сам знаешь? Вы же неспроста по его душу явились, в курсе, что он разбойничал во главе банды таких же… — Жубер на секунду запнулся и продолжил, подобрав более нейтральный эпитет, нежели тот, что остался неозвученным: — Таких же лиходеев, не гнушающихся грязной магии. Потому и не казнили его сразу. Пытали здесь, долго пытали. Но, как я понял, так ничего и не добились. Что ни говори, а стержень у этого сукина сына прочный.

— А велика ли была банда?

— Достаточная, чтобы армейские обозы грабить и фамильные имения разорять. Так вы что, в самом деле не из неё?

— Пока нет. Но надеюсь это исправить.

— Ясно. Только зачем такому как ты идти под начало Глюту? Он хоть и лютый колдун, но чары Хайм перебороть не сумел. Да и попался, как последний дурак.

— И как же его взяли?

— А прямо в имении одного князька, где они с бандой винные погреба опустошали на радостях. Перепились до того, что из всей шайки-лейки только Глют на что-то ещё и был способен. Пока он огнём швырялся, остальные улизнули. Ну а его сцапали, запихали в бочку и прямёхонько к нам, на побывку.

— Ну да. Пиромант не подожжёт то, чего не видит. А в бочке ему только небо через вентиляцию видать. Вроде матёрый, а такого не знаешь.

— Да, есть ещё пробелы в моём образовании.

— Мы пришли, — остановился капитан возле ничем не примечательной двери в ряду таких же и принялся перебирать ключи, предусмотрительно снятые с одного из трупов несколькими этажами выше, вместе с молотком и зубилом.

— Можно посмотреть? — указал я на задвижку смотрового оконца.

Капитан лишь молча пожал плечами, не отрываясь от своего занятия. Я толкнул задвижку и глянул в зловонную темень камеры. Внутри квадрата три на три у дальней стены на скомканной гнилой соломе сидел человек… Или нечто на него похожее. Длинные невероятно тощие ноги торчали из-под драного тряпья, на правой щиколотке красовался браслет, соединённый цепью с влажной каменной кладкой. Промеж колен лежали почти скелетированные руки с пальцами, похожими на паучьи лапы, некоторые из них были противоестественно вывернуты и явно не из-за того, что бедолага неудачно пытался сложить петушка. Окончательно адаптировавшись к темноте, глаза разглядели, что все открытые участки кожи узника покрыты струпьями разной степени свежести. Лицо было скрыто спутанными чёрными волосами, свисающими до самого живота.

Жубер, наконец, отыскал нужный ключ и с душераздирающим лязгом провернул его в потрохах замка.

— Капитан… — произнёс узник голосом, напоминающим звук щебня в камнедробилке, когда тюремщик отворил дверь. — Какая честь. Привели нового экзекутора? Не стесняйтесь заходите.