Ош. Жатва. Том 1

— Шрамы в боях получил, или в тамошнем офицерском клубе за делёжкой последней бутылки шнапса? Ведь, насколько я знаю, нолны с Аттерляндом не воюют.

— Да лучше бы воевали, — сплюнул капитан. — Эти сучьи выродки за мзду дают проход через свои земли восточным варварам, а те грабят наши приграничные области. Вот с ними мы шнапс и делили, почитай полвека.

— Звучит невесело. Серьёзные ребята?

— По-разному. Иногда банды в пару сотен копий, а иногда целая армия.

— Начинал рядовым, вернулся ротным. Тяжёлая пехота.

— По знакомству, — ухмыльнулся Жубер. — Думал, тёплое местечко, работёнка не бей лежачего. Да так оно и было, пока вы не явились.

Мы спускались всё глубже в сырые казематы, проходя мимо закрытых камер, и зловещая аура этого места становилась всё сильнее.

— Много тут арестантов? — спросил Волдо, озираясь по сторонам.

— Тюрьма рассчитана на две сотни, но сейчас здесь только один заключённый.

— А что так? — поинтересовался я. — Неужто в Аттерлянде не осталось опасных колдунов да ведьм, помимо досточтимого хера Глюта и вашего покорного слуги?

— Остаться-то остались, да вот только до нас они нечасто добираются. Нынче с ними разговор короткий — как схватили, так сразу и на костёр, если по дороге от побоев не помрут. В мою бытность Хайм уже редко принимала гостей, но, если верить журналам, лет сто назад заполненности позавидовали бы столичные кабаки в день коронации.

— При чём тут кабаки и коронация? — не понял я.

— Бесплатное пиво, — пояснил Волдо. — Четыре с лишним века назад в день коронации Магнуса Третьего казна оплатила все возлияния, совершаемые веселящимися поддаными в питейных заведениях Захена. В давках погибло больше двухсот человек.

— Да, — покивал Жубер. — Сюда в основном аристократов свозили, дознание проводить и суда ожидать. Ну и снабжение под стать было. В амбарных книгах такие изыски записаны, каких я и на свободе ни в жизнь не отведаю.

— Почему сейчас не свозят? — спросил я, немного разочарованный такой сменой курса во внутренней политике Аттерлянда.

— Ну так чистки закончились, вот и иссяк поток клиентов. Да, одно время корона сильно озаботилась моральным обликом своей знати. Тогда грязная магия в высшем обществе стала чем-то вроде запретных удовольствий — формально осуждаемой, но практикуемой повсеместно. Однажды королю это надоело, и он решил навести порядок. Тогда-то и настали золотые времена для Хайм. Длились они лет тридцать, пока распоследний провинциальный барон не усвоил, что пора искать менее опасные способы развлечься.