Ош. Жатва. Том 1

— Каким образом? — боязливо поинтересовался пацан.

— Видишь этих трёх человек?

— Зуб даю, что ты не знаешь ни одного из них.

— Выбери того, который должен выжить.

— Что?! Это... Зачем вы так поступаете?!

— Всего лишь небольшая задачка. Посмотрим, справишься ли ты.

— Помни лишь одно — двое умрут, один выживет. Кто будет этим счастливчиком — зависит только от тебя. Не выберешь — умрут все.

— Куда уж честнее? Я не прошу тебя убивать, наоборот — даю шанс спасти. Считай, что эта троица столкнулась со стихийным бедствием, неумолимым буйством природы. А ты спасительная соломинка.

Выбирай, в чью руку ляжешь.

— Но что это докажет?

Троица состояла из белобородого старика и двух весьма юного вида разнополых особ, годящихся ему во внуки. Старик шагал впереди, опираясь на крепкую деревянную клюку, а молодняк шаркал следом, неся за спинами холщовые узлы на длинных палках. Поравнявшись с нами, дед остановился и приподнял полу замызганной войлочной шляпы:

— День добрый, господа. Издалека ли путь держите?

— Добрый, — осчастливил я простолюдина ответной любезностью. — От самого Шафбурга.

— Неблизко. Надеюсь, тамошние дороги не доставили вам хлопот.

Время-то нынче неспокойное. Уж больно много лихих людей развелось в округе.

— Нет, разбойников не встречали. А вы сами откуда будете?

— Так из Швацаштауба, — махнул старик рукой себе за спину.

— Неспешной рысью к вечеру доберётесь.

— И что вынудило вас покинуть дом в столь неспокойные времена?

— Дом и вынудил, — печально вздохнул старик, разведя руками. — Сгорел он, а с ним вместе и дочь моя с мужем в огне пропали. Спихнули мне этих вот недотёп малохольных, — усмехнулся дед, кивнув на внуков.

— Думал, на старости лет отдохнуть, себе в радость пожить оставшиеся деньки, ан нет, опять нянчись, воспитывай, ставь на ноги. Сироты же теперь. Помру, только двое они друг у друга и останутся. Хорошо хоть дружные, в беде не бросят. По нынешним временам — редкость.

— И то верно. Нравы сейчас такие, что мать родную на кон ставят без раздумий.

— Вот-вот, — потряс старик бородою и кивнул на Волдо. — Сынок ваш?

— Ага, — потрепал я «сынулю» по вихрам. — Тот ещё балбес, ничему учиться не желает. Не будешь пинать да затрещины выписывать — так дураком и помрёт.

Правильно я говорю, горе ты луковое?

— Да, пап, — промямлил Волдо.

Пацан, не поднимая глаз, помотал головой.

— Я не могу. Это... Это просто неправильно.

— Вот, полюбуйтесь. Только и может, что отцу перечить. Розгами у меня сегодня поужинаешь, шельмец. — Ладно, — снова обратился я к старику, — счастливого вам пути, и удачи на новом месте.

— Благодарю вас, господин, — поклонился старик и, спохватившись, вытащил из кармана два красных яблока. — Не побрезгуйте. Из нашего старого сада.